Зарубежные спикеры

Richard Haughton

Richard Haughton, Ричард Хаутон, известный ирландский фотограф

«Я был очень рад выступить в России перед слушателями и гостями факультета «Арт-менеджмент и галерейный бизнес». Для меня это был новый и интересный опыт. И судя по тем вопросам, которые мне задавали, студенты тоже остались довольны нашим общением, а тема фотосъемки артистических перформансах вызвала у них большой интерес. Конечно же, нельзя не отметить и организацию – все было на самом высоком уровне! Спасибо! »

Начав свою карьеру фотографа в возрасте 14 лет в Architectural Review, Ричард Хаутон (Richard Haughton) сумел совместить желание поработать в самых разных областях с неиссякаемой страстью к тому, что он делает. Сейчас Ричард является одним из самых востребованных гастрономических фотографов в мире, а его портфолио включает съемки таких знаменитостей, как Пол Маккартни, Дэвид Боуи, Марк Алмонд, Лучано Паваротти и др. Однако, как и много лет назад, его любимым жанром остается съемка артистических перформансов, о чем он рассказал слушателям и гостям факультета «Арт-менеджмент и галерейный бизнес» в рамках открытой в Мультумедиа Арт Музее.

«Я начал работать с перформансами сразу после того, как закончил школу. И до сих пор этот жанр для меня – самый искренний. Он связан с определенными людьми, чьи постановки я называю «театром воображения».

Начну с Линдси Кемпа (Lindsay Kemp) – гениального учителя и любовника Дэвида Боуи, у которого последний перенял не только многие приемы перформанса, но и манеру держаться на публике. В конце 70-х гг. я только-только окончил школу, когда попал снимать его шоу. Сначала «Цветы» (Flowers), затем «Большой парад» (The Big Parade), которые поразили меня до глубины души, ведь ничего подобного я раньше не видел. Его танцевальная труппа творила чудеса, создавая параллельные миры, которые было очень сложно запечатлеть из-за отсутствия необходимого для съемки света и недостаточно чувствительной пленки. Поэтому практически все снимки этих шоу имеют очень большое зерно. Отчасти я был расстроен результатом: ты видишь перед собой настоящую магию, но когда проявляешь пленку, то от нее практически ничего не остается. Однако, набравшись опыта, я понял, что это всего лишь эмоции. Когда они проходят – обязательно найдутся кадры, которые хоть на что-то да годятся.

Что касается «Большого парада», то я решил снимать на черно-белую пленку, затем обрабатывая уже готовые снимки специальным раствором и покрывая их краской сепиа. Это было время экспериментов.

Следующей вехой моего творчества в этом жанре стала работа с Майклом Кларком (Michael Clark). Он должен был стать звездой балета, но в тот момент его совсем не интересовала карьера танцора. Его интересовали клубы, девушки, мода и наркотики. Однако, через какое-то время преодолев все это, он все-таки стал выдающимся хореографом, и сейчас является одним из самых востребованных поставщиком шоу. Я начал работать с ним в то время, когда он только набирал свою первую труппу. От них шла безумная энергетика и желание делать только то, что им самим нравится. Я очень много снимал их труппу в студии.

В то время мне нравилось делать пуш на несколько ступеней и экспериментировать с кросс-обработкой высокочувствительной пленки, за счет чего все снимки получались непредсказуемых цветов, как например, при съемке к балету Кларка «Я любопытен, Оранж» («I am Curious, Orange»).

Один из моих любимых художников перформанса, с которым мы сотрудничаем до сих пор, – Джеймс Тьерре (James Thierree) – внук Чарли Чаплина и правнук Юджина О’Нила. Мне кажется, что в нем есть все – юмор, драма, пластика движений, абсолютно уникальная вселенная. Он в прямом смысле живет перформансом, который под его руководством становится магическим действом. В его шоу прекрасно сочетаются театр, цирк и танец. Если говорить о нашей совместной работе, то я всегда снимаю на первых показах его шоу и репетициях. Из того, что получилось, мы вместе выбираем снимки, которые потом используются для промо-материалов.

Я также работаю с сестрой Джеймса Аурелией Тьерре (Aurelia Thierre), спектакли которой, в отличие от постановок брата, более наивные и в чем-то детские. А в постановке многих ее работа принимает активная участие их мать – Виктория Тьерре-Чаплин».

Ответы на вопросы слушателей лекции

Ричард, как фотографу стоит выстраивать отношения с художниками, создающими перформанс? Участвовали ли Вы когда-нибудь сами в качестве актера тех перформансов, которые снимали?

Вы не обязаны быть друзьями, но надо понимать, что в рамках совместной работы вам, так или иначе, придется общаться, и будет лучше, если вы будете, как минимум, понимать друг другу. Ведь иногда, особенно, когда речь идет о студийных съемках для промо-материалов, чтобы получить нужные кадры, приходится очень долго готовиться вместе с труппой. К тому же, на собственном опыте я понял, что выработать единых правильный стиль общения с художниками перформанаса невозможно. У каждого из них свои особенности, интересы и ожидания от фотографий.

Что касается моих личных экспериментов, то я вместе с братом Дэвидом участвовал в шоу Линдси Кемпа. Это был, действительно, очень интересный опыт, который позволяет не просто созерцать, но почувствовать перформанс изнутри.

Бывало, что перформеры советовались с Вами при выборе декораций, цветов, света для будущего шоу?

Тут все зависит от режиссера. Когда я вижу, что есть более верные с визуальной точки зрения решения, я говорю о них. Но вот прислушиваться или нет – уже их решения. В большинстве случаев, особенно касающихся шоу Джеймса, мне приходилось просто мириться. В конце концов, дело совсем не в цвете, свете или костюмах, а в том, как все поставлено. Я, как фотограф, путешествую вместе с труппой и вижу, что работает, а что нет. И если мне не нравится что-то в шоу, я просто меняю технику его съемки.

Проработав много лет фотографом на перформансах, нет ли желания заняться исключительно постановочными съемками артистов в студии? Ведь это, кажется, намного проще.

Мне нравится снимать живое шоу. Только в ходе перформанса возможно запечатлеть по-настоящему яркие моменты, которые характеризуют артистов и драматическую сущность того, что они делают. К тому же, на самом деле, работать с артистами в студии намного сложнее. Ты же не можешь привести их в белую комнату и просто сказать: «Танцуй!».

Когда я работал на двух шоу Акрама Хана (Akram Khan), прекрасного перформера родом из Бенгладеша, который экспериментирует в поле современного танца, мы много снимали в студии. Задача был – придумать, какие снимки будут лучше рекламировать его шоу. И все получилось. Но уловить его пластику и уникальные движения, которые характеризуют его талант, мне удалось, только снимая непосредственно на представлениях.

Из Вашего рассказа было понятно, что в самом начале своей карьеры Вы снимали на пленку. Какой фотоаппарат Вы используете сейчас? Стала ли жизнь фотографа перформансов легче после того, как появились цифровые камеры и программы для постобработки?

Да, первые снимки я делал на пленку, и приходилось много экспериментировать со светочувствительностью, процессами проявки и т.д. Сейчас я снимаю на цифровые камеры, и главное требование к ним – это тихая работа затвора, что очень важно в театре.

Конечно, с приходом цифровых фотоаппаратов, снимать перформансы стало намного проще. Но есть и обратная сторона – усовершенствовалась не только фототехника, но и осветительные приборы. Теперь скорость изменения света во время шоу может быть настолько молниеносной, что за ней сложно угнаться даже самой новомодной камере.

Что касается постобработки фотографий, то без нее не обойтись в любом случае – всегда вылезают детали, которые мешают глазу сосредоточить на основной композиции кадра. И с этим ничего не поделаешь. В доцифровую эпоху, мне тоже приходилось обрабатывать готовые отпечатки, что занимало значительно больше времени, чем сейчас благодаря Photoshop.

Почему Вы выбрали именно съемку перформансов? Ведь в фотографии есть другие, более успешные, области развития.

Все зависит от того, что вы понимаете под словом «успех». Фотография – это, действительно то, чем мне нравится заниматься. И я могу сказать, что занимаясь любимым делом, я никогда не работал. И, кроме того, перформансы – одна из многочисленных сфер моих интересов. Когда я хотел попробовать что-то новое, я начинал двигаться в этом направлении и все получалось. К примеру, когда я решил, что хочу работать со звездами музыкальной индустрии, я просто пошел в звукозаписывающие студии и предложил свои услуги. Потом я начал работать с известными шеф-поварами, помогая им иллюстрировать книги по кулинарии. Сейчас гастрономическая фотография – моя вторая большая страсть.

А если говорить о коммерческом успехе. Какие из ваших работ наиболее продаваемы?

Если говорить о фотографиях известных перформансистов, то, в первую очередь это снимки шоу Майкла Кларка. Сейчас он самый известный и наиболее востребованный из всех танцоров, которых я снимал и продолжаю снимать.

Назовите фотографов, чье творчество Вас вдохновляет.

Один из ярких примеров – Август Зандер, чья выставка сейчас проходит здесь – в Мультимедиа Арт Музее. В его работах есть простота фокуса, которая показывает его сосредоточенность на том, что он снимает. Мне нравятся фотографы с характером.

Какие советы Вы можете дать начинающим фотографам?

Самый лучший совет – учится на своих ошибках. Смотреть, что у вас не получилось и пытаться понять, почему.

Ну и конечно, учиться быть быстрым, чтобы успеть запечатлеть именно тот кадр, который секунду назад был у вас в голове. Все это приходит с опытом.

Ричард, есть ли у Вас какие-то конкретные планы на будущее?

Я привык пускать будущее на самотек, позволяя ему просто происходить. Сейчас я много снимаю для ресторанов, и это мне нравится. Но я никогда не решал, что я вот сейчас я пойду и стану гастрономическим фотографом. Думаю, что и я сейчас я оставлю свое будущее на волю случая.