Новости
07 апреля 2014

«Выставка должна начинаться с яркой и оригинальной идеи»

«Выставка — такой же художественный продукт, как и те экспонаты, которые на ней выставляются», — считает Зельфира Трегулова, за плечами которой 12-тилетний опыт работы в Музее Кремля, а также организация крупных международных выставок, в частности ставших уже легендарными «Москва-Берлин» (1995) и «Великая утопия: Русский авангард 1915-1932» (1992). В рамках лекции для слушателей факультета «Арт-менеджмент и галерейный бизнес» RMA Зельфира Исмаиловна рассказала о том, как в идеале должен происходить процесс организации выставочного проекта.



О выставках вчера и сегодня

«Выставочная работа — одно из самых эффектных и привлекательных направлений в современной художественной жизни. Выставка — это всегда зрелище. Сегодня, когда требования публики постоянно растут, общие стандарты выставочных проектов постепенно снижаются. Это происходит, в первую очередь, потому что музеи и галереи сталкиваются с проблемами, о которых они даже не могли подумать 20 лет назад. Людей нужно интенсивно завлекать на выставки, итогом чего является популизм в подходе к представлению материала и небрежность в исполнении — выставки очень быстро сменяют одна другую и готовятся в очень сжатые сроки. Сейчас их основной конкурент — интернет, избаловавший людей большим потоком качественных изображений, практически стерев в их глазах разницу между оригиналом произведения и картинкой на экране.

Сегодняшний зритель, приходя на выставку, хочет, в первую очередь пережить яркое впечатление и прочитать определенный месседж. Поэтому, если раньше было достаточно собрать редкий и неизвестный материал и это работало, то сейчас выставка должна начинаться с яркой и оригинальной идеи, которая будет прочитываться в подборе экспонатов, их расположении, каталоге и др.».


О том, с чего начинать

«Придумывают выставки кураторы. На Западе эта должность входит в число самых почетных. Куратор там — царь и бог. Но если говорить о российских музеях, то тут роль кураторов часто недооценивают, а на первый план выходят люди, в чьих руках сосредоточены административные ресурсы. Конечно, сейчас ситуация меняется, но если говорить про то, что было 20 лет назад, когда я первый раз попала на длительную стажировку в США, то разница бросалась в глаза. У нас в музеях куратор — это научный работник, нагруженный большим количеством хранительской и административной работы до такой степени, что на креатив у него практически не остается времени. В Америке и Европе, тот, кто придумывает выставку, и тот, кто ее делает, — это всегда разные люди. И эту разницу четко видит администрация музея, которая знает, что от того, насколько интересную и новую идею выставки предложит куратор, будет зависеть то, какое мнение сложится о музее в целом.

Идея куратора должна быть воплощена в текст, где будет прописана четкая концепция выставки. С этой концепцией куратор идет к руководству музея, которое принимает итоговое решение. Если проект одобряют, то в дополнение к концепции создается красочная презентация, доказывающая, что выставка будет значимой и громкой, с которой музей идет к спонсору.

Практически все музейные выставки делаются на спонсорские деньги. В США помимо паблисити спонсоры получают большие налоговые льготы, что является для них значительным стимулом. В России закона о меценатстве нет, поэтому к спонсорам здесь надо относиться с особым вниманием. Их надо любить и, самое главное, ценить тот вклад, который они вносят в развитие музея. Важно не забывать размещать их баннеры, приглашать на открытие, давать возможность написать приветственное слово в каталог и т.д. И если соблюдать все эти правила, то это дает свои результаты: спонсоры начинают по-настоящему интересоваться проектами музея».


Об основных статьях бюджета выставки

«Как только сформулирована концепция, важно представить предварительный бюджет проекта. Обычно он включает несколько основных статей расходов.

Во-первых, это транспортировка и страхование произведений искусства, требования к которым значительно повысились в последнее время, особенно если речь идет о привозе экспонатов из-за границы. Любой серьезный прокол в этой области затрудняет дальнейшую работу с западными коллегами. Что касается страховки, то это отдельный большой разговор. Здесь существует множество нюансов и ограничений при работе со отечественными страховыми компаниями, многие из которых сами берутся страховать не больше 5 млн. условных единиц, а все остальное перестраховывается у надежных перестраховщиков за рубежом. К сожалению, в нашей стране не существует понятия „государственной гарантии“, заменяющее страховку, что значительно ограничивает наши возможности. Зарубежным музеям покровительство государства позволяет собирать под одной крышей экспонаты общей страховой стоимостью в несколько миллиардов условных единиц.

Во-вторых, это создание выставочного дизайна и монтаж. Сегодня людям интереснее иногда, не то, что они увидят, а как им будет это преподнесено. А чтобы новые технологии и навязчивые дизайнерские решения не ущемляли сами экспонаты выставки, а, наоборот, выявляли суть этой экспозиции, нужен талантливый и грамотный архитектор выставок. В России таких людей, которые могут мыслить пространственно и при этом не забивать идею куратора и сами экспонаты, можно пересчитать по пальцам. К счастью, сегодня музеи уже понимаю, что выставка, сама по себе, — произведение искусства, поэтому все чаще приглашают зарубежных дизайнеров и архитекторов».


О том, как все организовать

«Самая интенсивная работа начинается, когда определен состав выставки и есть предварительная смета. На Западе существует профессия „координатор выставочных проектов/регистратор“. Этот человек, получив от куратора список экспонатов, должен составить на основе текста-концепции обращение к участникам выставки, где будет обоснована ее актуальность и значимость. Это невероятно важный момент, так как музеи и частные коллекции нужно убедить прислать необходимые вам экспонаты. В России этим, как и все остальным, занимается куратор.

После подтверждения всех экспонатов начинается кропотливая работа над каталогом. Одной из важных ее составляющих являются запросы на право воспроизведения экспонатов. Очень часто права на воспроизведение произведений принадлежат не самим музеям или галереям, а международным ассоциациям или музейным управлениям ( как, например, во Франции). За использованием этих изображений в каталогах следят очень четко, особенно если речь идет о живущих художниках, или тех. с момента смерти которых прошло не более 70 лет.

Важное значение имеет перевод. Небрежный перевод авторских текстов может сильно испортить впечатление от выставочного проекта в целом. В советское время была отличная школа переводчиков, выпускавшая специалистов, способных адекватно изложить на русском языке суть текста и не ошибаться в терминах. Сегодня людей, способных одновременно писать об искусстве и переводить, очень мало. Поэтому лично я предпочитаю привлекать высокопрофессиональных переводчиков, блестяще владеющих русским языком или привлекать к переводу искусствоведов, хорошо владеющих иностранными языками.

Очень важно, чтобы у каталога был интересный дизайн и высокое качество печати — его приятно будет подарить спонсорами или продавать на прилавках музейного магазина».

Важнейшая часть выставочной работы — составление всей договорной документации. Сотрудникам необходимо оформить пакеты документов для выдачи экспонатов из музеев. При этом условия диктует сторона, предоставляющая вам произведения искусства. Кроме того, у вас на руках должны быть отчеты о состоянии здания — системы пожаротушения, безопасности, а также государственная гарантия своевременного возврата экспонатов. Лет 20 назад на этот документ не обращали внимания. Но после того, как многим западным музеям пришлось расстаться с произведениями, в отношении которых были выдвинуты претензии со стороны наследников их бывших владельцев, у которых они были изъяты при Гитлере, к нему стали относиться с должным вниманием.


Об отношениях со СМИ

«Выставки — важнейшая сфера деятельности музея, которая создает его общественную репутацию и держит в фокусе внимания СМИ. О том, как надо работать с журналистами, я научилась во время свой стажировки в Музее Гуггенхайма в 1990-е годы. У них не нашлось рабочего места и меня посадили в кабинет заместителя директора по выставочной работе. Во время какого-то важного совещания в связи с открытием одной из выставок, когда одновременно надо было решать тысячу вопросов, ему позвонили и сказали, что пришел журналист из „Нью-Йорк Таймс“. Так вот он бросил все дела и два часа водил журналиста по выставке. Потому что от того, что и в каком издании о вас напишут, будет зависеть репутация выставки. И чтобы пресса писала о вас правильно, журналисты должны понимать, что с ними работают и им уделяют должное внимание., это действительно то, на что не стоит жалеть сил».


Ответы на вопросы слушателей RMA:

Зельфира Исмаиловна, и все-таки: куратор должен, в первую очередь, создавать смыслы, или думать о том, где взять деньги на проект?

Лично я принадлежу к числу тех людей, кто занимается и первым, и вторым. Конечно, в идеальной модели это должны быть разные люди: куратор создает смыслы, а регистратор занимается договорами и всеми административными работами. Но тот человек, который идет к спонсорам, должен брать с собой куратора, который лучше других сможет обосновать и доказать значимость своей идеи. Но, в то же время, всегда хорошо, когда ты знаешь, как происходит процесс в целом, что дает целый ряд преимуществ.

Должны ли музеи окупать спонсорские деньги?

Нет, выставки — это всегда убыточная история. К тому же спонсору не ждут возврата своих вложений. В России практически ни один музей не зарабатывает на выставочных проектах. На Западе это возможно при наличии музейного магазина, где к каждой выставке заказывается определенная продукция. Обычно такие товары расходятся на ура.

Почему система создания музейных магазинов не развита в России?

Во многом из-за косности механизмов наших музея, где большую часть сотрудников составляют не творческие люди, а административный аппарат. К примеру, у нас есть закон, запрещающий тратить больше 400 тыс. в квартал на закупки чего-либо помимо тендера, что делает заказ нужного музею и качественного продукта почти невозможным. Кроме того, музеи не могут сдавать свое помещение под субаренду. И плюс ко всему, у нас в стане очень сложно заказать производство чего-то за относительно небольшие деньги, а если наладить производство за рубежом, то большие средства уйдут на доставку и таможенные сборы.


Читайте также:

«Сейчас люди идут на выставку, чтобы получить сильное эмоциональное впечатление» — Зельфира Трегулова омузейном деле, успехе временных выставок и о продвижении нового музейного бренда (июнь 2017 года)


Все новости >