Новости
26 марта 2009

Мир Cirque du Soleil

Хореограф, режиссер-постановщик и сценарист Cirque du Soleil и Show Celine Dion Павел Брюн  провел лекцию-мастер-класс для слушателей специализации «Менеджмент в музыкальной индустрии» Государственного университета управления и поделился своим богатым опытом в организации и проведении известнейших шоу-проектов.

Свой мастер-класс Павел Брюн начал со знакомства со знакомства с аудиторией. «Мне хочется узнать, какие профессии вы для себя выбрали, чтобы понять, в каком ключе проводить занятие», - пояснил он. Промоутеры, event-менеджеры, продюсеры, аранжировщики, музыканты, артисты... Кажется, этим весенним вечером равнодушным не остался никто.

Cirque du Soleil – компания, в которой Павел Брюн проработал десять лет – пожалуй, самый ярчайший представитель циркового искусства сегодняшних дней. Компания была основана в 1984 году Ги Лалиберте и Даниэлем Готье и базируется в Монреале. Благодаря хорошо выстроенной инфраструктуре Cirque du Soleil может давать свои спектакли одновременно в нескольких точках планеты. Лас-Вегас, Орландо, Вена, Макао, Токио и другие города мира – география работы канадского бренда впечатляет.

«В современной индустрии российского шоу-бизнеса сложилась ситуация, когда прокат существующего продукта выглядит предпочтительнее, чем создание аутентичного продукта. Получается, сегодня гораздо проще привезти Мадонну, сорвать на этом банк и все... Вообще прокат – вполне нормальное явление, но он должен находиться в разумных пропорциях с производством, с новыми идеями, с креативом», - говорит Павел Брюн. - «На мой взгляд, должны существовать бренды, способные предложить людям живое зрелище, ведь у современного человека есть потребность не только слышать что-то, но и видеть качественную визуальную составляющую, человек хочет получать впечатления, эмоции, переживать что-то новое. Так что кормить современное поколение людей тем, что привозится, что называется, «на раз», уже достаточно сложно. То есть компиляционный подход при создании аутентичного продукта фактически неприемлем».

Такого понятия, как франчайзинг, в отношении Cirque du Soleil не существует. Все проекты уникальны по своей сути, и в каждой стране зритель видит что-то, совсем не похожее ни на одно другое представление Cirque du Soleil.

Шоу Селин Дион «A New Day» – другой, не менее значимый, чем Cirque du Soleil проект – также не обошелся без участия Павла Брюна. «В свое время Селин Дион сказала, что заканчивает свою концертную деятельность и вместе с семьей переехала в Лас-Вегас отметить это событие. Как-то раз она пришла на один из наших спектаклей - под названием О. И вы знаете, после этого у Селин возникло желание продолжить карьеру...», - вспоминает Павел. – «Однажды я спросил ее: «Сколько концертов в год на пике карьеры тебе приходилось давать?». Она сказала – 110... Теперь же, согласно контракту, ей предстояло давать 190 выступлений. Впрочем, Селин Дион сказала - для того чтобы сделать шоу которое нравится ей, она готова пересмотреть стиль своей жизни. Нужно отдать ей должное – она приложила для этого очень серьезные усилия. Шоу существовало на протяжении пяти лет при переполненных залах и закончилось по истечении контракта. То есть это как раз пример шоу, которое можно было увидеть только тогда и только в том месте, ведь не существует дублеров шоу Селин Дион, не существует компаний, которые хотели бы пригласить ее, чтобы сделать подобный проект. То есть, как мы видим, это аутентичный подход к созданию шоу».

Если речь заходит об аутентичном продукте в контексте шоу-программ, принято выделять три ключевых формата.

Турне

В этом случае компания буквально возит с собой весь свой мир. Шоу приезжает в город, располагается, работает какое-то время, а затем уезжает в другое место, где создается точно такое же шоу. Все это неизменно и не зависит от места, где происходит шоу, своего рода концепция «праздник, который всегда с тобой».

Гастрольный спектакль

Спектакль возится по городам, но у него нет своего дома. Он просто адаптируется в каких-то локальных помещениях – театрах, дворцах спорта... Соответственно, в этом случае ощущение замкнутого мира, как в случае с турне, уже не настолько сильное.

Residential show

Для проведения этого вида шоу строится специальный театр, где впоследствии и будут проводиться представления. В данном случае важно, чтобы сценограф, хореограф и режиссер работали в тесном контакте с архитектором – тогда помещение и сцена выйдут именно такими, какими их видят эти люди.

Ни одно шоу невозможно представить без участия человека. Разумеется, постановку предваряют подготовка и различного рода организационные вопросы, но в какой-то момент дело непременно доходит до работы с живым артистом. «До определенного этапа мы не говорим артисту, что хотим от него видеть», - отмечает Павел. – «Артист должен быть убедителен, не зная, в каком костюме ему предстоит выступать, какие декорации будут установлены на сцене и прочее. То есть ведется некий селективный процесс, во время которого мы генерируем в людях то, чего в них никогда не было, объясняем то, о чем они, может быть, никогда и не задумывались. То есть идет непрерывный процесс обсуждения того, что можно было бы реализовать в этом спектакль. Поверьте, это очень длительный и довольно трудоемкий процесс; здесь высказываются даже самые безумные предложения. Из сотни возможных решений может быть выбрано только одно, но именно оно станет настоящей жемчужиной. И вот только после этого ты понимаешь, какой артист тебе нужен, что ты в нем хочешь увидеть. В кастинге принимают участие практически все люди, которые участвовали в обсуждении концепции постановки, и это оправданно – то, что увидит художник-хореограф, не увидит композитор».

- Павел, как вы решали возникающие в процессе обсуждения споры?

- Я считаю, всегда можно найти компромисс. Да и вообще в конфликтах не вижу ничего плохого, потому что именно в таком состоянии рождаются лучшие идеи. Настораживает ситуация, когда конфликтов нет. Возможно, в этом случае люди, работающие над проектом, не заинтересованы в конечном успехе или ангажированы... Факт остается фактом – к моменту запуска проект должен быть полностью готов и отработан. Что касается Cirque du Soleil, то здесь зрителю преподносится то, что подготовлено на данный момент, после чего начинается своеобразный диалог со зрителями, то есть спектакль становится самостоятельным живым организмом. Здесь на горизонте появляется такая фигура, как artistic director on tour – человек, который смотрит представление вместе со зрителями, после чего делает соответствующие выводы. Этот человек может изменить что-то в постановке, если чувствует, что это не работает.

- Можно ли найти в Москве примеры передвижного шоу?

- Да, попытки создать нечто подобное были, и это довольно смелые попытки. Проблема здесь вот в чем – все знают про успех Cirque du Soleil и хотят сделать то же самое, но грубо говоря, «за три рубля и за два месяца», не понимая, что при создании серьезных проектов творческой составляющей должно быть уделено решающее внимание. Да и не стоит забывать, что существует такое понятие, как временная обработка. Если вы знаете, в Германии пытались создать аналог знаменитейшей скрипки Страдивари. Люди провели серьезные исследования, наняли лучших мастеров и сделали точную копию скрипки. Все было бы хорошо, если бы не одно «но» - скрипка эта звучала как бензопила.

- Говоря о турне, вы упомянули некий «передвижной мир». Что собой представляет этот мир?

- Это абсолютно самостоятельный, самодостаточный мир, в котором есть помещения для тренировок, места, где артисты могут отдохнуть, школа, клиника... То есть это полностью выстроенная инфраструктура, которая постоянна и не меняется в зависимости от места, где находится в данный момент.

- Почему в представлениях Cirque du Soleil нет животных?

- Если бы мы стали привлекать животных, то просто-напросто потеряли бы свою индивидуальность. Когда-то у нас были мысли сделать конное шоу, но потом мы поняли, что в этом будет присутствовать элемент насилия, а это передает зрителю уже совершенно другую энергетику, не такую, которую хочет передавать Cirque du Soleil.

- Цирковые шоу всегда сопряжены с риском. Как обстоит дело со страхованием жизни и здоровья артистов?

- Для артистов создана специальная система социального страхования и страхования жизни и здоровья очень высокого уровня. Компания делает все возможное для того, чтобы они как можно меньше отвлекались на какие-то жизненные аспекты и как можно больше времени уделяли подготовке к шоу.

- Что вы делаете, если артист по каким-то причинам не может принять участие в шоу?

- Сразу скажу, что «скамейка запасных» в проектах Cirque du Soleil отсутствует как таковая. Если вдруг происходят какие-то непредвиденные обстоятельства, приходится выкручиваться тем артистам, которые остаются в составе. Шоу перекраивается на ходу, люди работают с запредельными нагрузками, но при этом сохраняют привычно высокий уровень всего происходящего.    

Как уже говорилось, представления Cirque du Soleil проходят по всему миру... Понятное дело, что Лас-Вегас просто не мог остаться в стороне. Что представляет собой Лас-Вегас? Это место, где мало кто живет, но куда многие приезжают. Человек, который копит деньги на протяжении всего года, приезжает в Вегас на несколько дней и все проигрывает.

«Владелец казино «Мираж» Стив Уинн сказал, что построит в Вегасе такой театр, который нам нужен, но взамен попросил показать в нем что-то гораздо большее, чем все привыкли видеть», - рассказывает Павел Брюн о подготовке шоу в «городе греха». – «Мы рассказали о своих условиях, о том, какая компания должна заниматься проектированием и строительством. Наши условия приняли, было построено новое казино, получившее название «Остров сокровищ», и на его базе построен именно такой театр, который был нужен. Стив сделал абсолютно все, что мы требовали. Человек, который рисковал не только деньгами, но и своей репутацией, сказал: «У меня нет оснований вам не доверять, поэтому я оставляю артистический контроль на вас». Таким образом, он мог высказать свое мнение, но ни в коем случае не влиять на ход подготовки и проведения спектакля».

Заказ звучал таким образом: «Полуторачасовое представление без антракта, которое должно идти два раза в день». За неделю до спектакля был сделан прогон, и оказалось, что представление идет три часа вместо заявленных полутора. Представление было скорректировано, но за пару дней до запуска оно все равно затягивалось. «Эта «чертова опера» никогда не будет работать в моем городе», - бросил в сердцах хозяин казино и принялся спорить с Ги Лалиберте. В результате спектакль, получивший название «Mystere» все же был поставлен, что в очередной раз подчеркнуло профессионализм актеров и организаторов Cirque du Soleil.

- Павел, расскажите, как вы оказались внутри всей этой истории?

- Этому предшествовали годы моей работы в театре пантомимы, пять лет работы в ансамбле «Арсенал», а потом я, можно сказать, ушел к своим корням и вместе с Валентином Гнеушевым создали экспериментальную мастерскую по подготовке цирковых номеров, аттракционов и программ - на мне лежала ответственность за хореографию и музыку. За год с небольшим мы создали 17 номеров, которые по и сей день задают хороший тон в цирковых представлениях. Затем наши номера стали приглашать на конкурсы, в составе жюри которых был и хозяин Cirque du Soleil Ги Лалиберте. На нас обратили внимание, и Лалиберте приехал в Москву. Он самостоятельно нашел нас, спросил про наши номера и попросил разрешения посмотреть на нашу работу более внимательно и детально – мы были не против, хотя даже не представляли, что за человек стоит перед нами... Годом позже Ги пригласил нас в Канаду, чтобы посмотреть живьем, чем они занимаются. Так вот, по приезду в Квебек, я понял, что здесь происходит именно то, что я пытался делать сам всю жизнь. Это именно то место, где я смогу заниматься тем, что мне действительно нравится, и чем я был готов заниматься всю жизнь. В 1992-м году я перебрался в Монреаль, подписал свой первый контракт и прошел путь от ассистента хореографа до руководителя отделения Cirque du Soleil в Лас-Вегасе.

- Как вы относитесь к такому жанру, как мюзикл?

- Я очень боюсь этого слова. Возможно, из-за того, что мне довелось видеть все мюзиклы на Бродвее. Для меня мюзикл очень близок к оперетте. Конечно, оперетта бывает шикарной, но в мюзикле установлены еще более жесткие жанровые рамки. С мюзиклами, кстати, связана одна интересная история - в конце 90-х годов в Лас-Вегас начали завозить готовые мюзиклы – «Notre Dame de Paris» сгорел за полгода, Chicago в шикарном составе (Чита Ривера и Уте Лемпер) также сгорел за полгода... Причина провала заключалась в том, что организаторы совершили роковую ошибку, не изменив формат. В результате люди смотрели первое отделение мюзикла и уходили играть. «We Will Rock You» сгорел за три месяца, но затем произошло нечто необычное - мюзикл «Mama Mia» просуществовал на протяжении пяти лет. Почему? Да потому что они нарушили устоявшийся формат мюзиклов и адаптировали его для данной конкретной ситуации. Да и не стоит упускать из виду, существующей по сей день культ группы Abba в Америке, как, впрочем, и в России. К слову, в нашей стране мюзиклы «Notre Dame de Paris», «Chicago» и «We Will Rock You» также могли похвастаться каким-то запредельным успехом.

- Как вы видите себя через 20 лет? До чего хотели бы дойти?

- До чего дойти? До ручки, наверное... Вы знаете, масштаб проектов, в которых я участвую, меня уже волнует не в первую очередь. Наверное, поэтому мне бы очень хотелось создать свою небольшую школу и готовить людей, которые могли бы создавать свои проекты. Меня интересует то, что происходят в живом пространстве, а не тотальная глобализация. Сегодня мультимедиа входит в театр до такой степени, что скоро актер, возможно, будет не нужен, и страшно то, что это все становится доступно как с технической точки зрения, так и с финансовой. Но лично мне по-прежнему интересен живой звук, живые движения. Не скажу, что я консерватор – просто мне нравится именно это, хочется чего-то живого.

- Можете рассказать о формуле успеха? Как вы ее видите?

- Как таковой, формулы успеха не существует. Но существует возможность не наступать на одни и те же грабли, а уж тем более на чужие. На мой взгляд, процессу создания продукта продюсер должен уделять внимания ни чуть не меньше, чем самому продукту. Если воспринимать прибыль как нечто изолированное от организации полноценного креативного проекта, у вас едва ли получится создать что-то достойное.

В настоящий момент можно увидеть 17 шоу Cirque du Soleil, и их станет еще больше. В октябре всемирно известный проект с представлением «Varekai» на восемь недель приедет в Москву, а затем еще три недели проведет в Санкт-Петербурге. Эти недели станут ключевыми в российском векторе развития детища Ги Лалиберте и Даниэля Готье – если серия шоу пройдет успешно, то руководители Cirque du Soleil будут рассматривать возможность расширения своей деятельности в России и странах СНГ. Вхождение Cirque du Soleil на российский рынок станет для менеджеров, работающих в этой сфере, хорошим стимулом создавать принципиально новые концепции проектов, а не бесконечные «копии» уже существующих. Если это произойдет, значит, российский рынок уже готов для чего-то лучшего, для чего-то гораздо большего и качественного, чем есть сейчас.
Все новости >