Новости
21 февраля 2012

«Накрутка «за Россию» повышает стоимость легионеров в полтора раза»

В преддверии сегодняшнего матча Лиги Чемпионов между ЦСКА и мадридским «Реалом» еженедельник «Футбол» публикует интервью с генеральным директором армейского клуба, постоянным преподавателем программы «Менеджмент в игровых видах спорта» RMA Романом Бабаевым. Предлагаем его вашему вниманию.

Роман Бабаев: «ЦСКА не спекулирует игроками»

Отечественные клубы давно приучили к тому, что тратят намного больше, чем зарабатывают. Редкое исключение – ПФК ЦСКА, в последние сезоны встречающий новый финансовый год с плюсовым сальдо. Как удаётся достигнуть такого результата, рассказывает директор армейцев Роман Бабаев.

Как перехитрить Платини

Роман Юрьевич, финансовый фэйр-плей, изобретение президента УЕФА Мишеля Платини, – для российского футбола благо?

Идея, бесспорно, прогрессивная, но при этом и отчасти наивная. Главный ее посыл – заставить клубы зарабатывать самим, ликвидировав ту финансовую пропасть, которая отделяет два десятка обладателей «безразмерных» бюджетов от остальных, – лично мне симпатичен. Но как это реализовывать на практике – большой вопрос.

И в чем основные проблемы?

Если все будут честно выполнять положения хартии, без попыток где-то схитрить, тогда – о’кей. Тогда идея Платини – благо для всех, в том числе и для России. Но мы-то знаем, насколько несовершенен этот мир. Простой пример. Начиная с 2013 года разница между доходами и расходами клуба должна превышать 5 миллионов евро. Нет вопросов – прекрасный стимул рациональнее тратить деньги и более энергично их зарабатывать! А теперь смотрите: в нашей стране немало клубов, которые содержатся за счет корпораций, в том числе государственных. Если такой клуб заключит спонсорский контракт с одним из своих акционеров на сумму в 5 миллионов евро, этот фэйр-плей он уже легко обойдет. При этом можно заявить, что эти самые 5 миллионов были получены как бы за счет рекламной деятельности.

А как обстоит дело в ЦСКА?

Недавно подвели итог финансового 2011 года. Есть профицит (превышение доходов над расходами. – ред.) без малого в полмиллиона долларов. К сожалению, это меньше, чем мы планировали. Честно говоря, рассчитывали, что профицит составит примерно 7 миллионов. Такой результат был бы возможен, если бы в Лиге Европы ЦСКА дошел до полуфинала. Увы, помешал «Порту» Вилаш-Боаша – команда, на тот момент практически непобедимая.

Скачки курсов валют на бюджеты российских клубов как-то влияют?

Безусловно. Если пара евро–доллар ползет вверх, это создает в бюджетах перекос в сторону расходов, поскольку большинство доходов от коммерческой деятельности у нас в рублях, а расходы в части зарплат и трансферов футболистов традиционно привязаны к евро или доллару. Подписываете вы, к примеру, иностранца. Он требует: «Мне все равно, что будет происходить с курсом рубля. Желаю получать свои законные 50 тысяч евро, ни центом меньше». И мы вынуждены каждый месяц переводить ему рубли в европейские дензнаки. В итоге клуб зарабатывает, условно говоря, десять рублей, а тратить приходится все одиннадцать.

Могут ли в России работать в плюс не один-два, а сразу несколько клубов?

Сомневаюсь. За последние пять-шесть лет наши клубы так разогрели рынок громкими трансферами, что с каждым новым «окном» нам выставляют все более неподъемные цены. Как только агент дает понять, что к игроку проявляет интерес клуб из Премьер-лиги, на той стороне с радостью потирают руки: опять эти «безумные русские». Ура, можно подзаработать! Накрутка «за Россию» – это еще плюс минимум 50 процентов от реальной стоимости футболиста. Но покупать невзирая на цены… В нашей Премьер-лиге такое могут себе позволить только два клуба из шестнадцати. Остальные в этой гонке не участники – либо в силу собственной идеологии, либо из-за отсутствия средств.

А ЦСКА?

Я не случайно упомянул о клубной философии. Мы в ЦСКА считаем для себя невозможным приглашать игрока за 15–20 миллионов евро только лишь за тем, чтобы с его помощью выиграть чемпионат России – турнир, совокупный доход от которого составляет не более 50–60 миллионов долларов на все клубы Премьер-лиги. В таком случае это уже будет не экономика, а какое-то безрассудство.

Но в бизнесе, случается, порой дико везет. Допустим, Лионель Месси женится на русской красавице и уговорит президента «Барсы» уступить его трансфер ЦСКА за 25 миллионов евро. Возьмете?

Я смотрю, вы шутник… И все же. За 25, конечно, возьмем. Хотя бы уже потому, что завтра его можно будет продать за сто. Другой вопрос, как нам после такого «реэкспорта» смотреть в глаза красавице?..

Для этого люди придумали солнцезащитные очки. Вижу, Роман Юрьевич, что вы на чувство юмора не жалуетесь… Но вернемся к серьезному. На что ЦСКА делает главную ставку в доходной части своего бюджета: заработки в Лиге чемпионов, продажа футболистов?

Взять игрока, раскрутить и продать его дороже – не наш путь. ЦСКА не спекулирует футболистами. Во главу угла мы всегда ставим спортивный результат. Бывает, конечно, как в свое время с Жирковым. После того как Юру «не увидели» в других клубах, ЦСКА он достался за символические 300 тысяч долларов. А спустя пять лет мы продали его в «Челси» в 50 раз дороже. Кто-то скажет: великолепный бизнес! Конечно, но не забывайте, что за это время Жирков ещё и принес ЦСКА громадную пользу, в 2008-м был признан лучшим футболистом России, после чего получил приглашение от «Челси» – клуба, в который дважды не зовут. Ну как мы могли его не отпустить? Такой шанс бывает раз в жизни. Аналогично – с перешедшим в «Ювентус» Красичем. Что касается финансовой идеологии клуба… В последние годы основной доход нам дает успешное выступление в Лиге чемпионов. Одно только участие в групповом турнире приносит в казну порядка 10 миллионов евро. Это одна из главных статей бюджета.

«Интер» – рекордная касса

Если слагаемые доходной части расставить по ранжиру, то…

На втором месте – поступления от рекламно-коммерческой деятельности. Стараемся извлечь максимум из возможностей клуба. Наши партнеры представляют различные секторы экономики – банковский, автомобильный, гостиничный… Далее по объему вала – выручка от продажи билетов и абонементов. В российском футболе этот сегмент, увы, развит слабо. У нас клубы не могут, как в ведущих чемпионатах, «делать» треть бюджета только на билетах. В ЦСКА эта статья дает где-то по 7–8 миллионов долларов в год, или 12–14 процентов бюджета.

А сколько в 2011-м собрали?

Порядка шести миллионов. Самым посещаемым в чемпионате по традиции был матч со «Спартаком». На апрельскую игру в «Лужниках» удалось продать 50 590 билетов. Выручка составила более 23 миллионов рублей. Достаточно неплохо мы заработали на играх с «Зенитом», «Локомотивом»… В Лиге чемпионов максимальный доход обеспечил приезд миланского «Интера» – без малого 26 миллионов рублей. Это наш кассовый рекорд года. Очень хорошие сборы были с тем же «Интером» в четвертьфинале Лиги и на игре с «Манчестер Юнайтед» осенью 2009-го. Надеюсь, сможем перекрыть эти результаты в домашней игре с «Реалом», что стало бы плюсом столь немилостивой к ЦСКА жеребьевки (улыбается).

Кстати, «Барселона» только на членских взносах зарегистрированных болельщиков ежегодно имеет кругленькую сумму. Как считаете, в российском футболе такой инструмент будет работать?

Вряд ли. Во-первых, для «Барселоны» это историческая традиция, которой уже более ста лет. Еще один аргумент – посещаемость, которая также очень сильно не в нашу пользу. Если на «Камп Ноу» в рамках Примеры пришло меньше сорока тысяч, для «Барсы» это кассовый провал. А у российских команд, за исключением «Спартака» и нашего клуба (если играем в «Лужниках»), такой показатель – сказочный успех. Смотрите, только у «Кубани» средняя посещаемость домашних матчей на уровне двадцати тысяч. Все остальные в прошлом году собирали меньше. Если наши клубы в массе своей не могут обеспечить аудиторию более 10–12 тысяч, какой смысл затевать IPO – процедуру вовлечения болельщиков в акционерный капитал клуба – или выходить со своими акциями на фондовую биржу.

К тому же болельщикам в таком случае надо будет предоставить право участия в выборах президента, что для нашего клубного начальства процедура нежелательная.

И это тоже. Не думаю, что, натянув на себя заморский кафтан, наши клубы тут же превратятся в процветающие предприятия. Да, в европейском футболе есть опыт эксплуатирования ряда неплохих идей. Но при этом и масса нюансов – исторических и ментальных, которые не позволяют сделать его пригодным для всех. Скажем, клубы Бундеслиги, в отличие от «Барселоны», подобной статьи доходов не имеют.

Начинал юрисконсультом

Известно, что вы пришли на работу в ЦСКА, будучи еще студентом. Помните тот матч из детства, после которого стали болельщиком армейцев?

Не буду лукавить: за футболом следил, но больше переживал за баскетбольный ЦСКА. Середина девяностых, как известно, не лучший период российского футбола. Ваше первое на этом поприще дело? Запомнился судебный процесс – он совпал с моим приходом – в отношении одного издания, опубликовавшего материал под заголовком «Футбольный ЦСКА финансирует чеченских боевиков». За абсолютную точность не ручаюсь, но что-то в этом роде. Было довольно шумное разбирательство, и мы добились опровержения.

А репутацию Валерия Газзаева не доводилось защищать? У него тоже ведь со СМИ было в свое время достаточно конфликтов.

Ну, Валерий Георгиевич сам так за себя постоит, что мало не покажется. Мне лично защищать его не приходилось. Но весной 2005 года наш полуфинал Кубка УЕФА с «Пармой» вылился в такой скандал, что его, пожалуй, никогда не забуду. Жалоба итальянского клуба в УЕФА, утверждавшего, что их вратарь был ранен пиротехникой из сектора болельщиков ЦСКА, имела под собой какую-то почву? Если честно, итальянцы тогда были очень близки к тому, чтобы добиться нашей дисквалификации. Но их апелляция имела одно слабое звено – базировалась на сфальсифицированных доказательствах. Если бы не удалось это доказать, в истории ЦСКА не было бы победного финала в Лиссабоне. К счастью, мы сумели вывести синьоров на чистую воду. За два дня собрали все нужные доказательства.

Короче, руку при встрече армейцы людям из «Пармы» теперь точно не подадут?

Сегодня уже подадим. За минувшие почти семь лет там сменилось все руководство.

Сразиться рублем с «Зенитом»

Недавно вы сказали, что трансфер Думбия стоит не меньше 30 миллионов евро. В его контракте есть фиксированная сумма отступных, уплатив которую другой клуб сможет заполучить ивуарийского бомбардира?

Нет, мы противники подобных опций. Такое ощущение, что ЦСКА все равно не отпустит ведущего футболиста в другую российскую команду, даже если сумма трансфера будет заметно выше предложения иностранцев. Принцип «продать хоть куда, лишь бы дороже» считаем неприемлемым. По целому ряду причин. Допустим, за нашего игрока иностранцы дают десять миллионов, а кто-то в России – все 15. Хорошо, продали ребятам из родной Премьер-лиги. А что потом? В результате мы усилили прямого конкурента, который обходит ЦСКА в чемпионате, и мы получаем менее предпочтительный вариант жеребьевки в Лиге чемпионов. А то и вообще туда не попадем. Финансовые потери в таком случае оказываются куда выше сиюминутной выгоды.

Есть ли у клуба некая черта, предложения ниже которой отметаются даже в переговорах с иностранными партнерами?

Все зависит от конкретного футболиста. Мы готовы обсуждать любую разумную цифру.

Похоже, в нашем футболе завязывается и чисто финансовое соперничество. «Зенит» готов бороться за лидерство в части доходов, владелец «Спартака» намерен вывести свой клуб на полную самоокупаемость...

И замечательно – это пойдет на пользу всему российскому футболу.

Вы как-то отстраненно это сказали. Сразиться с «Зенитом» на поле коммерции – разве для ЦСКА это не увлекательно?

Это утопия. Единственный клуб в столь большом городе, как Санкт-Петербург, уже много лет живущем в состоянии футбольного бума… А у ЦСКА в Москве еще четыре конкурента в борьбе за сердца и кошельки болельщиков. Или возьмите акционеров «Зенита». По части финансовой мощи Газпром в состоянии дать фору практически любой европейской компании. Думаю, наши стартовые позиции не очень сопоставимы.

Беседовал Владимир Калинкович

Все новости >