Новости
21 марта 2013

Так говорил Джими Хендрикс (ВИДЕО)

Каким обязан быть персонал звукозаписывающей студии. Где она должна находиться и какими возможностями располагать. Что важнее: аппаратура или аура? Почему записью музыки, так же как и сексом, лучше заниматься не в полном одиночестве. Как выбрать самый удачный дубль. Обо всем этом и многом другом речь шла во время лекции «Продюсирование в студии», которую для слушателей программы «Менеджмент в музыкальном бизнесе и индустрии развлечений» прочитал генеральный директор и саунд-продюсер продюсерского центра «Снегири» Олег Нестеров. Сегодня мы предлагаем вашему вниманию вторую часть отчета об этом занятии. С первой частью можно ознакомиться здесь.

Олег Нестеров о том, как выбрать студию для записи: «По каким принципам мы выбираем студию? Перечислим их, и начнем с критериев очевидных. К ним отнесем акустические возможности студии, наличие необходимой для исполнения вашего замысла техники. И – персонала: высококвалифицированного, коммуникативного, деликатного и тактичного, то есть всегда и во всем готового помочь, но при этом по возможности невидимого, неслышимого и не имеющего запаха.

Персонал– этот очень важно. Персонал так или иначе участвует в создании атмосферы, и тут мы с вами переходим уже к неочевидным факторам, которые влияют на выбор студии. И даже может быть – не всегда материальным факторам. Тут, если говорить о персонале, все примерно так же, как в ресторане. Ресторан может быть абсолютно замечательным, с хорошей кухней, с отличными интерьерами, с ценами не грабительскими. И он при этом может стоять совершенно пустым. Почему? А потому, что парковщик на стоянке хамит, а хозяин об этом даже не догадывается.

Вот также и здесь: всем хороша студия – и акустикой, и аппаратурой, но – такая, казалось бы, мелочь, ерунда! – у звукоинженера постоянно как-то странно дергается бровь, и это особо никому незаметно, кроме гитариста, который это дерганье принимает исключительно на свой счет, ему кажется, что звукоинженер над ним смеется, что ли, и в результате он, гитарист, не может сконцентрироваться, не может сыграть нормально, и так далее, и тому подобное. Со всеми вытекающими последствиями. Понимаете, о чем я?

Тогда еще один момент: он тоже касается атмосферы. Я говорю о местоположении студии. Это совершенно не все равно, где она находится, что вокруг нее: Черкизовский рынок или чудесный благоухающий сад; что лучше, я думаю, вы сами понимаете. И еще по поводу location: я сторонник того, чтобы, если есть такая возможность, записываться вдали от места постоянного проживания. Выбирать студию в другом городе или даже в другой стране (кстати, за границей сейчас записываться зачастую дешевле, чем в России). Почему? Потому, что это позволяет музыкантам сменить обстановку, отбросить, хоть ненадолго, житейские проблемы, сосредоточиться целиком на музыке, ничем другим себе голову не забивать.

И, конечно, вот о чем еще нужно сказать, говоря о выборе студии: это, пожалуй, вообще самое важное. Мы ведь, когда идем записываться, представляем себе, какого результата хотим достигнуть. Где –то у нас в головах, как я говорил, эта музыка уже звучит. И, соответственно, у нас есть какие-то ассоциации: мы можем объяснить, что хотим добиться звучания такого, как, скажем, у такой –то группы на такой –то пластинке. А значит что нам нужно знать о студии прежде всего? Нам нужно знать, кто на этой студии писался до нас и что в итоге записал. Нам нужно понимать, что студия, что называется, родит, и родит именно то, что нам нужно. Родит – тогда мы туда идем, нет – отказываемся, какая бы там аппаратура не стояла.

Стены, атмосфера, аура, они важнее аппаратуры. Знаете, есть такое понятие – намоленное место? Так говорят про церкви, про старые иконы. Вот точно так же и здесь: хорошая музыка оставляет следы. И плохая оставляет. Стены, в которых музыка игралась, в которых ее записывали, эту музыку помнят. И эта память, эта энергетика, передается тем, кто приходит следом. Это, может быть, трудно себе представить, осознать, но это так, это – точно».

О выборе способа записи: «Важный вопрос – как лучше писаться: в живую, всем вместе, или по партиям, с наложениями? Ну, молодым-то музыкантам, как правило, хочется, раз уж они попали в настоящую студию, и особенно, если с ними это случилось в первый раз, сделать идеальную запись. И с их точки зрения сделать ее можно только частями – сначала записывается идеальный бас, идеальные барабаны, потом – идеальная гитара, и так далее. А потом все вместе собирается.

Ну, пробуем. Расходимся по комнатам. Играем, пишем. Микшируем… Что такое?! По отдельности каждый и впрямь звучал почти идеально, а после сведения, всё вместе – ну просто полная фигня! Полнейшая! Нет песни. При том, что на концертах мы ее сто раз играли, и все было замечательно...

Мне это знаете, что напоминает? Мне это напоминает попытку разобрать по частям какой-нибудь Porsche . Вот мы его разбираем, достаем, например, маслопровод. Или топливный шланг. И говорим: «Смотрите, какой он некрасивый, кривой какой-то!» А это шарнирное соединение?! Его тоже подправить нужно, какое-то оно угловатое. И вот мы все это разбираем, подправляем, выравниваем… Доводим до полного, как нам кажется, совершенства. Потом собираем снова – бац! не едет автомобиль! А ведь до того ездил, и даже очень хорошо ездил, просто отлично. …

Теперь другой вариант. Пишемся в студии в живую, все вместе, одновременно, играем как на концерте. Потом раскладываем по партиям, слушаем, и что? И слышим, что каждый в отдельности мог бы, конечно, и получше сыграть, и даже, может быть, намного получше. Но – общее впечатление очень даже симпатичное, есть песня, едет автомобиль! И это что значит? Это значит – не надо разбирать музыку на запчасти, потому что музыка, как говорил Джими Хендрикс, это не ноты, это то, что между нот.

То есть вы уже поняли: я хочу сказать, что при определенных условиях – я о них чуть позже скажу поподробнее – записываться, конечно, лучше в живую, всем вместе. И чем ближе музыканты друг к другу находятся, тем лучше. А совсем хорошо, если они еще и наушники снимут… Вот тогда это будет идеальный обмен энергией, идеальное взаимопроникновение и идеальное акустическое сложение. Это, знаете, как секс: им ведь тоже можно заниматься в одиночку, и даже достигать каких-то результатов, но…

Еще один плюс живой записи состоит в том, что при таком способе работа в студии идет раз в двадцать быстрее, чем тогда, когда партии записываются каждая по отдельности. Правда, надо сказать, что иногда без такой поочередной записи, записи с наложениями, бывает совсем не обойтись. К примеру, часто – это единственный способ работы с сессионными музыкантами.

… Вот, теперь об условиях, необходимых для живой записи. Условия, надо сказать, самые простые: у вас должен быть играющий бэнд без очевидно слабых звеньев, это первое. И второе: в момент записи принимающие в ней участие музыканты должны быть все как один максимально сконцентрированы на достижении результата. Это, кстати, задача продюсера -- добиться от них такой концентрации. Точно также, скажем, как задача тренера – сделать так, чтобы пик формы спортсмена пришелся именно на тот день и час, когда ему предстоит выступить на Олимпиаде».

О том, как отобрать лучший дубль: «Как выбрать лучший записанный дубль, тот, который в итоге войдет в пластинку? Как вообще сделать так, чтобы было из чего выбирать? Чтобы дубли не были похожи друг на друга как две капли воды?

Можно для этого в разные моменты работы создавать в студии разную атмосферу, можно погружать музыкантов в разные состояния. Вот, например, как мы сделали это десять лет назад, в 2003 году, когда записывали альбом «Хоронько Оркестра» -- это, если кто не знает, такое современное кабаре. И, кстати, я считаю ту запись одной из самых лучших спродюсированных мною записей.

Так вот, мы работали в студии Мосфильма, и у нас было три дня. В первый день они просто взяли инструменты, встали к микрофонам и, практически без перерывов, отыграли весь альбом целиком, от первой до последней песни. И на второй день они сделали то же самое. Но – на второй день мы собрали в студии человек двадцать зрителей, так что обстановка там уже напоминала концертную. А на третий день они пришли на запись после вчерашнего ночного концерта, слегка с бодуна. И в таком состоянии опять сыграли весь материал – от начала до конца…

В общем, я хочу сказать, что это были три разных дня и три совершенно разных прочтения одного и того же материала. Так что выбрать было из чего.

… И напоследок, говоря о теме выбора… Может возникнуть такая ситуация, когда у продюсера и музыкантов возникнут разные мнения относительно того, какой именно дубль – лучший. Причем у музыканта, как правило, это мнение связано с тем, что ему кажется, что вот тут, на этом самом дубле, он свою партию сыграл гораздо лучше, чем на всех остальных. То есть, вы понимаете, барабанщику нравится один вариант, гитаристу – другой, и так далее. Как уладить эти разногласия? Уладить их можно единственным способом: объяснить ребятам, что лучший дубль определяется не по тому, как в нем звучат отдельно взятые партии, а потому, насколько хорошо они звучат все вместе. Это – единственный критерий».

Петр БРАНТОВ

Третью часть отчета о лекции Олега Нестерова читайте на сайте бизнес-школы RMA на следующей неделе

Все новости >