Новости
15 мая 2013

Око "Хуниорс". Как выглядит аргентинское Супекласико изнутри (ФОТОГАЛЕРЕЯ)

Отгремело, отгрохотало, потонуло в белых струях бумажных лент, желто-синих клубах сигнального дыма, рассыпчатом треске петард, гуле полицейских вертолетов и чувственном аромате марихуаны триста двадцать седьмое аргентинское Суперкласико, самое лютое, самое безбашенное футбольное дерби планеты Земля. «Бока Хуниорс» на родимой «Бомбонере» сгоняла вничью с «Ривер Плейтом» - 1:1. У нас бы сказали – «разошлись миром». Но это – не про них. Эти миром никогда не разойдутся, за сто с гаком лет так ни разу и не попробовали… Честно вам скажу: сама игра при всем уважении к вывеске была вполне достойна ну, например, Химок. Но антураж! Нет, правда, там было всё: и дымы, и ленты, и ароматы. Там была 15-минутная пауза, объявленная в виду переизбытка тех самых дымов, накрывших поляну до состояния полной непроглядности игрового рисунка. Было удаление риверплейтовского коуча, отправившегося в подтрибунное изгнание в сопровождении полицейского спецназа, соорудившего над буйной его головой древнеримскую «черепаху» из пластиковых щитов. Были пожарные брандспойты, прямой наводкой расстреливающие гостевую трибуну. Были шок, трепет и потрясение основ. Выражаюсь сейчас предельно конкретно, избегая неуместных метафор: вибрировали, ходуном ходили не только древний, довоеннной еще заливки бетон «бомбонеровских» трибун, но и вполне себе модернистское жидкокристаллическое табло…


… Утром того многообещающего дня мы, группа студентов факультета «Менеджмент в игровых видах спорта» бизнес –школы RMA, проходящих стажировку в Латинской Америке, прилетели в Буэнос-Айрес и, прежде чем отправится на «Бомбонеру», постарались понять, что нас там ждет. В курс дела нас вводил Хуан Кобиан, советник президента «Боки» по международным вопросам.
 

Хуан, а как вообще это началось, с чего?

О, это длинная история. Знаете, так давно это было, что с чего началось, сейчас никто толком не помнит, даже старики: и это неудивительно, потому что этих стариков тогда самих даже в проекте не было. В общем, есть две версии, выбирайте, какая нравится. Одни говорят, что дело было в 13-м году. «Бока» с «Ривером» тогда базировались в одном районе, собственно в нашем – в Ла Боке. А потом решили, что два клуба на таком пятачке это чересчур, и кому –то надо перебазироваться.

Сыграли матч, с тем, чтобы понять, кому именно. «Бока» выиграла – 2:1. И «Ривер» уехал, сначала в Палермо, а потом в Нуньес. Уехал, конечно, с обидой на душе, и с этого вроде вражда и началась.

Но есть другая версия. Что матч тот не доиграли, из-за того, что игроки на поле между собой передрались, а победу затем присудили «Боке», потому, что она к моменту остановки игры в счете вела. Ну, и понятно, что у «Ривера», что называется, осадок остался, зуб большой на «Боку» вырос, и с тех пор все растет и растет. В те времена еще социальный подтекст большую роль играл: Ла Бока это ведь район довольно бедный, тут работяги в основном жили, по большей части эмигранты, в том числе много итальянцев, из Генуи. А Нуньес, где «Ривер» в итоге оказался, там публика побогаче была, пореспектабельнее, недаром у него прозвище почти официальное – «миллионеры». Клубные симпатии соответственно распределились, а как очень бедные к очень богатым относятся объяснять, я думаю, не надо.

Сейчас, конечно, такого разделения уже нет, все перемешалось: человек из Нуньеса вполне может за «Боку» болеть, а из Ла Боки – за «Ривер», но с чего бы все на самом деле не началось, все оттуда идет, из начала прошлого века. В то числе и клички оскорбительные, которые болельщики друг для друга придумали. Наши их зовут «галиньяс» -- цыплятами: ну, вроде как они такие слабые, нерешительные, трусливые – хотя я лично такого бы про «Ривер» никогда не сказал: велика честь цыплят обыгрывать, а мы, между прочим, в суперкласико их чаще побеждали, чем они нас: у них сейчас 104 победы, у нас – 120, кажется так. Хотя чемпионами они намного больше нашего становились – это факт.

А они ваших фанатов как кличут?

А они наших – «чончитос», поросятами. Или еще говночистами, уборщиками навоза («бостерос»). Дескать, вы черная кость, от вас воняет. Есть у них такая фишка: как на «Бомбонере» окажутся, начинают нос пальцами зажимать. Я же говорю, это все с тех времен идет: типа, знаете, такие аристократические штучки. Хотя тут тоже некоторые изменения произошли: раньше для наших это прозвище, «бостерос», обидное было, оскорбительное, а сейчас никто уже и не обижается, даже гордятся им, что ли. Как бы говорят: «Ну да, мы говночисты. Но мы вас круче в сто раз. И если мы такие, то вы –то тогда кто?» Кстати, два года назад, в 11-м, «Ривер» из высшей лиги вылетел. Правда, вернулись быстро, на следующий год, но для наших это и сейчас любимая тема: половина фанатских песен сейчас – про этот их позор.

Надо думать, одними песнями и словесными перепалками дело не обходится? Какие –то серьезные инциденты в истории противостояния случались?

Бывало. Да вот далеко ходить не надо: в прошлом октябре, когда первое суперкласико после их возвращения играли – это на «Монументале» было, на домашнем стадионе «Ривера», случилась довольно серьезная заваруха: больше тридцати раненых, несколько машин сожженных.

Но вообще ничего страшнее 68-года тут не припомнишь. Это настоящая трагедия была, самая ужасная за всю историю нашего футбола, наше Хиллсборо. Давка в секторе «Боки» на том же «Монументале»: больше 70 погибших, еще примерно 150 покалеченных. Что там произошло, так и не понятно. Расследовали три года, но виноватых не нашли.

Была версия, что одни наши фанаты на верхнем ярусе подожгли несколько флагов «Ривера» и сбросили их вниз, на своих же. Те из сектора ломанулись, а ворота закрыты наглухо. Одним словом, подавили друг друга. Была другая: что они на стадион принесли бутылки с мочой и начали ею полицейских обливать. Те в ответ начали их с сектора вытеснять, ворота, как я уже говорил, оказались закрыты. Ну, и дальше случилось то, что случилось…

Не знаю, как оно там на самом деле было. Людей нет. И это в общем всех тогда потрясло. Все профессиональные клубы аргентинские объявили сбор пожертвований в пользу семей погибших. Собрали в общей сложности что-то около 100 тысяч песо – по тем временам, очень серьезная сумма.

А как на таком фоне развивались отношения между администрациями двух клубов? Каковы они сейчас?

Да вполне нормальные отношения. Хотя безусловно близкими друзьями нас назвать сложно. И они, и мы блюдем свои интересы. И не они, ни мы ими поступаться не намерены. Каждый бьется за свои цвета, причем иногда в буквальном смысле слова. Я вам могу привести такой пример: некоторое время назад «Бока» работала с Кока-Колой, они были нашими спонсорами. Так вот, на «Бомбонере» и в ее окрестностях вся реклама Коки была черно-белой, хотя традиционные их цвета, как вам прекрасно известно, совсем другие. Они красно-белые, такие же практически, как у «Ривера». Мы им объяснили, что такая гамма нам никак не подходит, что если ее оставить, то эффект от такой рекламы среди наших болельщиков может быть прямо противоположным тому, на какой они рассчитывают. И они нас поняли.

«Бока Хуниорс» перед нынешней игрой находится в самом низу турнирной таблицы – восемнадцатое место среди двадцати команд. «Ривер», напротив, на ходу: замыкает первую тройку. Не в слишком ли разных кондициях команды подходят к принципиальной игре?

Вы уж мне поверьте, кондиции здесь не при чем. Суперкласико – это совершенно отдельная история. Мы можем находиться на каком угодно месте, и «Ривер» тоже, все это не имеет никакого значения. На такие игры футболисты всегда выходят с особенным настроем, они знают, что если победят, то прежние неудачи, пусть их даже было много, болельщики им забудут и простят. Потом: «Бока» - «Ривер» -- это помимо всего прочего бренд, причем бренд международный. Вы знаете, конечно, есть такое английское издание, «Обсервер». Так вот оно относительно недавно составило свой рейтинг пятидесяти главных мировых событий, на которых уважающий себя болельщик должен побывать прежде, чем отправиться в мир иной. Суперкласико в этом списке стоит на первом месте. «Реал» - «Барселона», «Интер» - «Милан», «Рома» - «Лацио», это всё потом.

И, кстати, хочу еще вот что подчеркнуть: они, когда говорят о Суперкласико, имеют в виду именно матч на «Бомбонере», не на «Монументале». Он, хотя и больше, но обстановка, антураж, в этом они с нами не сравнятся. У нас зрительские места расположены очень близко к полю, все как на ладони, у нас акустика сумасшедшая. Плюс, конечно, всех поражает еще такая штука, как качающиеся трибуны. Когда болельщики начинают прыгать, вы чувствуете, как они вибрируют, как они именно что раскачиваются.

Так это же опасно. Допрыгаются когда-нибудь…

Нет-нет, никакой опасности. Там действительно при строительстве был допущен какой-то конструктивный просчет. Но не критический. Опасность обрушения отсутствует, много экспертиз проводилось, и все они это подтвердили.

Среди игроков есть какие –то выдающиеся герои Суперкласико? Скажем, Марадона какой след в нем оставил?

Вы знаете, Марадона за «Боку» провел всего два сезона. Но он, тем не менее, за это короткое время успел забить в Суперкласико пять голов. Так что, конечно, свой след в этом противостоянии он оставил.

Но – помнят его наши фанаты главным образом не за эти голы. А за то, что он, когда уходил из «Аргентинас Хуниорс», вполне ведь мог оказаться в «Ривере». Те ему предлагали просто грандиозный для начала 80-х контракт. Но он в итоге пришел к нам, сказав, что с детства мечтал играть за «Боку» и никакие деньги его от этой мечты отказаться не заставят.

Вот за это мы его и любим. Для наших болельщиков Марадона – Бог.

Николай Киселев

Все новости >