Новости
23 января 2014

Правила хорошего «Эвертона»

Тем постоянным читателям этого сайта, кому нижеследующий текст покажется очередной вариацией на темы многих других, написанных об Академиях «Реала», «Барселоны», «Порту», «Бенфики», «Спортинга», «Бока Хуниорс» и прочих передовиков мирового футбольного образования, я приношу свои глубокие и искренние извинения. Вы правы, мои наблюдательные друзья, все это уже было. Что-то такое где-то когда-то мы уже видели, слышали, ощущали и даже пытались — с переменным успехом — пересадить в родимый чернозем. Так что единственный вывод, которым я готов поделится с заинтересованными лицами по итогам визита студентов факультета «Менеджмент в игровых видах спорта» на тренировочную базу Академии «Эвертона» в Финч Фарм, тоже едва ли потрясет хоть чье-то пресыщенное воображение. Вывод, собственно говоря, такой: не надо изобретать Велосипед. Смотрите и учитесь. 34 доморощенных игрока, инсталлированных в главную команду за семь последних лет — достаточный аргумент в пользу того, что поучиться есть чему.



Открытый в 2007 году комплекс в Финч Фарм располагает семью полноразмерными натуральными полями, крытым футбольным манежем, тремя небольшими полями для занятий с детьми младших возрастов, отдельной площадкой для тренировок вратарей, современными офисным, медицинским и восстановительным центрами. Здесь базируются все команды «Эвертона» — от той, что составлена из 5-летних новобранцев Академии до главной. Содержание центра обходится клубу в 4 миллиона фунтов ежегодно, включая зарплату технического и обслуживающего персонала



Во время визита участников организованной RMA английской стажировки на тренировочную базу в Финч Фарм на их вопросы ответили: Джонатан Уильямс (ассистент секретаря футбольного клуба «Эвертон»); Джон МакКьон (директор спортивного департамента Академии ФК "Эвертон");Мартин Уолдрон (глава департамента местного скаутинга Академии ФК «Эвертон).

При отборе детей в команды Академии на какие качества потенциальных воспитанников вы обращаете внимание в первую очередь?

Джон МакКьон: Мы для начала оцениваем общий набор умений и навыков: скорость — стартовую и дистанционную, технику, умение пасовать. Набор в команды Академии начинается с пяти лет и в этом возрасте на чисто физические кондиции ребенка мы практически не смотрим. Мускулы для нас не важны, важны моторика, движение: мы же, в конце концов, не бодибилдеров готовим.

Вообще, в этой категории, пять — девять лет, отсев у нас минимальный: мы стараемся никому не отказывать, по возможности, конечно. И группы поэтому в этом возрастном промежутке у нас разные: могут быть больше, могут — меньше, нет такого, что вот — команда, двадцать человек, или двадцать два, и все — тем, кто сверх того, от ворот поворот. Да и тренировок, если вкладывать в это слово то, что вкладывают в него взрослые профессионалы, у нас для пяти — девятилетних детей нет. Они просто два раза в неделю играют в футбол, под руководством тренеров учатся обращаться с мячом — на полях уменьшенного размера, в командах с усеченным составом. Нагрузки возрастают очень постепенно, с возрастом. Например, у 12 — летних проводится по три занятия в неделю, и это уже именно тренировки, полноценные, разносторонние, хотя и построенные, безусловно, с учетом опять — таки возраста занимающихся.

С 15 лет мы тренируемся шесть раз в неделю. Плюс — игры: футболисты в возрасте от 12 до 16 лет у нас проводят по 28 официальных матчей за сезон.



Финч Фарм. Юные воспитанники Академии «Эвертона» перед тренировкой. Обратите внимание на логотип титульного спонсора на футболках. Поскольку в Англии реклама алкоголя на территории и в окрестностях детских и учебных учреждений запрещена, тайский пивной бренд Chang рекламирует здесь не основной свой продукт, а выпускаемую под той же маркой содовую воду


С какого возраста дети начинают заниматься в тренажерном зале?

Джон МакКьон: Не раньше, чем с двенадцати лет. Причем для них, двенадцатилетних, занятия на силовых тренажерах абсолютно исключены: если мы нагружаем их в зале, то максимум, о чем может идти речь, это о занятиях на велотренажере или на беговой дорожке. Еще раз подчеркну: до определенного возраста мы стремимся максимально развивать в детях скорость, ловкость, координацию — то есть все те качества, которым занятия на силовых тренажерах могут повредить.

Причем мы разъясняем воспитанникам нашу позицию: как правило, проводим аналогию с автомобилем. Говорим, что до 12 лет мы работаем над кузовом машины, заточенным исключительно под динамику. А уже затем, после двенадцати, уделяем большее, чем раньше, внимание мощности двигателя. Но и в этот период времени все подчинено не достижению мощности как самоцели, не подготовке просто физически сильного человека, но подготовке именно игрока, профессионального футболиста.



Финч Фарм. Занятие в футбольном манеже


Всякий раз, когда тренер по физподготовке дает тому или иному воспитаннику то или иное упражнение, он разъясняет ему, для чего тот его выполняет, какая группа мышц при этом работает, и я хочу сказать, что упражнения, направленные на развитие тех групп, которые не задействуются на футбольном поле, непосредственно в игре, у нас практически исключены. При этом мы, случается, применяем некоторые элементы, используемые в программах подготовки представителей других видов спорта, например — легкой атлетики: естественно, в адаптированных для футбола вариантах.



Финч Фарм. Раздевалка одной из юношеских команд. Для сравнения — на нижней фотографии раздевалка главной команды «Эвертона» на стадионе «Гудисон Парк»



К сказанному остается добавить, что нагрузки каждому воспитаннику даются исключительно индивидуально, с оглядкой на его специально диагностированное физическое состояние, общий объем проделанной работы, и, разумеется, строго учитываются. Тренеры по физической подготовке работают в постоянном контакте с тренерами каждой команды Академии и вместе решают, кто из футболистов и в какой именно нагрузке нуждается в тот или иной момент времени, на той или иной стадии тренировочного процесса.



Финч Фарм. Один из кабинетов в медицинском центре


Сколько всего тренеров работает в Академии? И как они работают: ведет ли человек свою команду от набора до выпуска, или команды передаются от тренера к тренеру по достижению игроками определенного возраста?

Джон МакКьон: По поводу первого вопроса: в каждой команде Академии, в каждом возрастной категории, работает по два тренера: старший, и его ассистент. Кроме того, в Академии есть несколько тренеров, которые индивидуально занимаются с представителями разных игровых амплуа: нападающими, защитниками... Вот с вратарями у нас, например, работают три тренера: в возрастной категории от 5 до 11 лет — один, от 11 до 16 — второй, и третий уже — с самыми старшими, от 16 до 18 лет.

Что касается того, работает ли один тренер с командой с самого начала до самого выпуска... Конечно, нет. Каждый год команда передается новому тренеру, специализирующемуся на работе с конкретным возрастом. Почему? Потому, что каждому возрасту свойственны свои особенности — ментальные, психологические, физиологические, и не бывает специалистов, одинаково хорошо ориентирующихся во всех этих особенностях, как нет на свете абстрактного «детского футбольного тренера» — есть тренер по работе с пятилетними, а есть — с четырнадцатилетними. Только так.

Вы, конечно, можете спросить, как в таком случае обеспечивается преемственность в работе, но это — то как раз вопрос достаточно простой. В Академии «Эвертона» он решается за счет того, что старший тренер, условно говоря, команды 13-летних, одновременно является ассистентом старшего тренера команды 14-летних, тот, в свою очередь, ассистирует тому, кто ведет группу 15 — летних, и так далее.



Уэйн Руни (если кто не узнал, крайний слева) — самый известный выпускник Академии «Эвертона». Поступив сюда в 11 лет, в 16 он дебютировал в основном составе и, отличившись в матче Кубка Английской лиги против «Рексема», стал самым молодым в истории «Эвертона» игроком, забивавшим за клуб в официальных матчах. В 2004 году 19-летний Руни был продан в «Манчестер Юнайтед»: сумма трансфера с учетом бонусов составила 27 миллионов фунтов. До сих пор это самые большие деньги когда-либо заплаченные за британского игрока, не достигшего 20 лет


Что касается теоретических занятий, тактики, с какого возраста дети начинают к ним привлекаться?

Джон МакКьон: На каком —то простейшем уровне — с самого начала. Анализ сыгранных матчей, подготовка к игре с конкретным соперником с учетом его особенностей — этим тренеры занимаются уже с 5-летними. Понятно, что чем взрослее становятся игроки, тем все более сложные моменты они разбирают, тем глубже вникают в тактические модели. Но, повторюсь, начинается все с пяти лет: все матчи, проведенные командами этой возрастной категории, как, собственно, и всеми другими, у нас записываются на видео. И потом монтируются таким образом, чтобы при разборе можно было оценить действия как команды в целом, так и отдельных игроков. К этой работе, по договору с клубом, привлекаются студенты Университета Джона Мура, где есть кафедра научного анализа футбола.

Вопрос относительно воспитания так называемой психологии победителя: когда ваши детские и юношеские команды участвуют в различных турнирах, перед ними ставится задача непременно добиваться результата, побеждать, или вы больше акцентируете внимание на качестве демонстрируемой игры?



Центральный полузащитник Росс Баркли пришел в Академию «Эвертона» в 12 лет. В семнадцать он впервые сыграл за главную команду, а в августе 2013 года, в возрасте 19 лет, дебютировал в национальной сборной, за которую к настоящему моменту провел три матча


Джон МакКьон: Тут нужно помнить о том, что главной задачей Академии не являются победы в детских турнирах. Главной задачей является подготовка квалифицированных футболистов, способных либо усилить главную команду, либо принести клубу финансовую выгоду в результате продажи. Поэтому в приоритете — именно игра, грамотные, четкие, осмысленные игровые действия. Непременных побед от детей, особенно младших возрастов, никто и никогда не требует.

О результате мы говорим только со старшими, 16 — 18 — летними. И говорим только потому, что знаем: прежде, чем требовать от них результата, мы сделали все, чтобы научить их тому, что результат может и должно принести.



Полузащитник Джек Родуэлл играл за «Эвертон» с 7 лет. В основном составе дебютировал за четыре дня до 16-летия. В 2011 году, в возрасте 20 лет, провел два матча в составе сборной Англии, а еще через год был продан в «Манчестер Сити», с которым заключил контракт на пять лет


Какое количество скаутов работает в штате Академии?

Мартин Уолдрон: Непосредственно в штате — немного, четверо. Но внештатно, на условиях почасового контракта, мы сотрудничаем в общей сложности с 230 специалистами. Они докладывают нам об игроках, которые, по их мнению, могли бы заинтересовать «Эвертон», по нашей просьбе просматривают их и составляют официальные отзывы. Последнее — процедура обязательная, в Академии существует специально разработанная форма просмотрового листа. Там, если не вдаваться в подробности, есть некоторое количество граф для оценок, выставляемых футболисту за различные качества и умения— от «poor» (слабо, недостаточно) до «outstanding» (превосходно). Плюс графа для общих выводов, сделанных скаутом по итогам просмотра. Например: «Подходит по уровню. Рекомендован к зачислению в команду Академии». И, наконец, графа для особых примечаний. Ну, скажем, вроде такого: «Несмотря на то, что сейчас играет в полузащите, может быть использован и в качестве центрального защитника».

На основании этих заключений руководство Академии принимает решение о том, имеет ли смысл предпринимать дальнейшие усилия для того, чтобы заполучить того или иного футболиста, привести его в систему «Эвертона». Впрочем, даже если игрок получает приглашение, это еще не значит, что он — в системе. Как правило, если речь идет о средних и старших возрастах, окончательному зачислению в Академию предшествует испытательный срок, около месяца, по итогам которого и принимается окончательное решение.



Полузащитник Леон Осман всю жизнь играл только за «Эвертон». Закончив клубную Академию, в 2000 году он оказался в главной команде, за которую с тех пор провел более трехсот матчей и забил 40 голов. В 2012 году впервые в своей карьере, футболист, которому к тому времени уже исполнился 31 год, получил вызов в национальную сборную


Допустим, игрок принят в Академию, а через какое-то время выясняется, что он, как говорится, не тянет. Как вы поступаете в таких случаях?

Джон МакКьон: Мы стараемся, чтобы таких случаев у нас было как можно меньше. Когда мы принимаем ребенка в Академию, нам не так интересно то, что он представляет собой сейчас, как смотрится на фоне сверстников. Мы стараемся спрогнозировать, в кого он способен вырасти в будущем. Для этого существует система специальных тестов. Впрочем, добиться в таком прогнозировании абсолютной точности, конечно, невозможно и да, вы правы, бывает так, что игрок, который, скажем, в 10 лет подавал очень большие надежды, к четырнадцати — пятнадцати совершенно останавливается в развитии и даже деградирует.

Что мы делаем тогда? Мы просто разговариваем — с самим футболистом, с его родителями. Если они полны решимости продолжать занятия — пожалуйста, мы поможем им с поиском новой команды, новой Академии, конечно, уже не такого уровня, как «Эвертон», но такой, где навыки футболиста, его умения, пусть даже очень скромные, будут востребованы.

Я не случайно сказал про 14 — 15 — летних игроков: именно в этом возрасте об их профессиональном будущем можно судить уже с достаточно большой долей определенности. А в 16 — и подавно. У нас в Академии 85 процентов 16 — летних игроков в итоге становятся профессиональными футболистами. Я не говорю, что все они непременно выступают за «Эвертон», за другие команды Премьер — лиги, кто —то из них играет в Чемпионшипе, кто —то— в других низших лигах. Но — они играют, и играют профессионально. Поверьте, 85 процентов, это очень достойный показатель эффективности.

Наверняка другие клубы, в том числе более мощные, чем «Эвертон» в финансовом плане, проявляют интерес к наиболее талантливым из ваших воспитанников. Как вы их от этого интереса ограждаете?

Джон МакКьон: До 9 лет — вообще никак. До этого возраста клуб не подписывает ничего и ни с кем. С девяти лет и до шестнадцати, возраста, когда игрокам могут быть предложены первые профессиональные контракты, мы ежегодно оформляем соглашения с родителями футболистов: этот документ закрепляет обязательство в том, что в течение ближайшего года их дети тренируются и играют в Академии и никуда отсюда не уходят. Ну, а тот, кто дорос до профессионального контракта, с тем все ясно — тут все на общих основаниях.

Что касается каких-то других мер защиты от слишком навязчивого интереса к молодым игрокам, да, такие меры существуют. Например, на матчи, которые юношеские команды Академии в возрасте до 16 лет проводят на «Финч Фарм», агенты и скауты вообще не допускаются. Даже родителям для того, чтобы попасть на эти игры, необходимо написать специальное заявление и получить пропуск на территорию тренировочного центра.

Много ли в Академии иностранцев?


Виктор Аничебе. Пожалуй, самый известный из иностранцев, закончивших Академию «Эвертона». С 2006 по 2013 годы он провел за главную команду клуба 131 матч, в которых забил 18 мячей. Кроме того, на его счету 11 игр и один гол за сборную Нигерии. Сейчас карьера 25-летнего нападающего, несколько пошатнувшаяся из-за двух тяжелых травм, продолжается в «Вест Бромвиче»


Мартин Уолдрон: Единицы. Согласно действующим правилам, мы не можем привозить в Англию иностранных игроков, которым не исполнилось 16 лет, да и тех только в том случае, если у них есть паспорт Евросоюза. Я вам больше скажу: мы далеко не всякого британского игрока можем принять в систему «Эвертона». Дело в том, что закон запрещает заниматься в наших футбольных Академиях детям, у которых дорога от места жительства и учебы до места тренировок занимает больше часа в один конец. Это, если речь идет о детях в возрасте до 12 лет. Если они старше, это время увеличивается до полутора часов.

В 90-е годы это правило действовало очень жестко. Потом появилась оговорка, согласно которой те клубы, которые способны компенсировать пропуски игроками школьных уроков, могут несколько расширить зону потенциального набора. Так что сейчас у нас прямо здесь, в тренировочном центре, проводятся дополнительные занятия по разным предметам для всех, кому такие занятия требуются. Разумеется, работа педагогов оплачивается клубом. А всех игроков, начиная с 15 лет — то есть с того самого возраста, когда тренировки начинают проводится практически ежедневно — мы переводим в среднюю школу, имеющую с Академией специальный договор на обучение ее воспитанников. Она расположена здесь, совсем неподалеку от Финч Фарм, так что неудобства, связанные с переездами молодых футболистов с места на место, для них сведены к минимуму.

В общем, мы так или иначе привязаны к ближайшей округе и это положение отражается и в статистике: с тех пор, как в 2007 году открылся центр в Финч Фарм, Академия подготовила для главной команды «Эвертона» 34 игрока. И 29 из них были родом из Ливерпуля и его окрестностей. Но даже и здесь, в этих самых окрестностях, мы должны выдерживать жесточайшую конкуренцию. Посмотрите на карту, и вы увидите, что в пределах часа езды от нас находятся еще четыре клуба Премьер — лиги, причем три из них это «Ливерпуль», «Манчестер Юнайтед» и «Манчестер Сити». Плюс еще две команды АПЛ в радиусе полутора часов. Про клубы из низших лиг я уже и не говорю: их в пределах часа — полутора тут аж 24.

За счет чего вам удается выдерживать эту конкуренцию?



Каноническое фото главной звезды в истории «Эвертона», мегабомбардира Уильяма Ральфа «Дикси» Дина, и созданный на его основе памятник, установленный на стадионе «Гудисон Парк»



Джонатан Уильямс: За счет того, что мы предлагаем программу всестороннего развития детей, не только футбольного. За счет того, что наши воспитанники с самых юных лет имеют возможность постоянно тренироваться рядом с главной командой, а иногда даже и вместе с ней. За счет того, что уже с восьми лет они играют со своими сверстниками из других стран: наши команды — постоянные участники международных детских турниров в Бельгии и Голландии.



Алан Болл (слева) на Уэмбли после триумфального для англичан финала Чемпионата мира 1966 года. Вскоре после этого успеха, главного в жизни игроков его поколения, он перешел из «Блэкпула» в «Эвертон», на выступления за который пришелся расцвет его карьеры: с 1966 по 1971 годы он сыграл за клуб 208 матчей и забил 66 голов


Ну, и помимо всего прочего не стоит забывать о том, что такое «Эвертон». Это бренд, это — марка! В 1888 году мы были в числе учредителей Английской футбольной лиги, самой старой в мире. Там не было «Ливерпуля», не было «Манчестер Сити», не было " Манчестер Юнайтед" и «Арсенала». А мы — были! С тех пор никто не сыграл в высшем дивизионе больше сезонов, чем мы. И если смотреть на титулы, то по количеству чемпионств, а их у нас девять, мы — четвертые в Англии. Кроме того, за нас играли по настоящему великие футболисты. Дикси Дин, Алан Болл, Невилл Саутолл, Грэм Шарп...



1984 год. Легендарный вратарь «Эвертона» и сборной Уэльса Невилл Саутолл и второй (после Дикси Дина) в истории клуба бомбардир Грэм Шарп с Кубком Англии, завоеванным в финальном противостоянии с «Уотфордом»


Вам знакомы эти имена? Уверяю вас, для воспитанников Академии «Эвертона» они — не пустой звук.


Петр БРАНТОВ


Бонус: Текст об «Эвертоне», его болельщиках и его главной легенде, написанный по итогам английской стажировки, организованной бизнес-школой RMA и факультетом «Менеджмент в игровых видах спорта» в январе 2009 года.

И остаться в этой траве...

«Reg Davidson. Sleep Without Pain, We Love You Forever. Your Loving Wife Andrea, Boys Ryan and Jordan»

«J.J. Nicholson. Вorn a Вlue 1918 Died a Blue 1999»

«John Richard Farrington. Resting in Peace at Your Beloved Goodison»

Эпитафии болельщикам «Эвертона», похороненным на поле стадиона «Гудисон Парк».


Теперь их там уже не хоронят, нет мест. Так что, начиная с 2004 года, все, кто болел за «Эвертон» при жизни и скончался с твердым намерением поддерживать родной клуб и с того света, покоятся в церкви святого Евангелиста Луки, в минуте ходьбы от «Гудисон Парк». В дни матчей храм превращается в недорогое безалкогольное кафе: здесь можно выпить чаю и подкрепиться каким-никаким маффином. А также — купить фанатский шарф с вышитым на нем девизом «Once a Blue, Аlways a Blue», забавным для русского уха. Тут же, у входа, производится сбор пожертвований в пользу бывших футболистов «Эвертона»: покупаешь за 50 пенсов клубный значок и знаешь — пенсы твои скрасят жизнь какому-нибудь заслуженному старичку. Впрочем, самому заслуженному уже не скрасят. Нет его, только памятник остался. От святого Луки до него — рукой подать.



Великий Дикси

Дикси Дин не любил, когда его называли Дикси. Ему больше нравилось, когда к нему обращались просто — Билл. Друзья, впрочем, упорствовали. Дикси Дин был курчав, черноволос, слегка смахивал на негра, а друзьям почему-то казалось, что Дикси это и есть самое что ни на есть негритянское имя.

Дикси Дин был не высок — всего-то метр семьдесят шесть. Но прыгуч: с места, без разбега мог вскочить на бильярдный стол. Столы встречались ему преимущественно в пабах, а уж там-то он чувствовал себя также привольно как во вражеской штрафной: Дикси Дин был не дурак выпить, а выпив — помахать кулаками. Да, он был неплохим, очень неплохим боксером.

Дикси Дину везло: в 18 лет, незадолго до начала своего второго сезона за «Эвертон», он грохнулся с мотоцикла, проломил череп, раскрошил челюсть, полтора суток провалялся в коме, но выжил. И мало того, что выжил, но смог вернуться и стать тем, кем стал. Стать Дикси Дином, красой и гордостью «Эвертона», форвардом, равного которому не рождала ливерпульская, английская, да и никакая другая земля. Не рождала и теперь уже вряд ли когда родит.

Бомбардирские свершения Дикси вызывают у человека, услышавшего о них впервые, шок и трепет. 383 мяча в 433 играх за «Эвертон». 18 голов в 16 матчах за Англию. 37 хет-триков за карьеру. И, наконец, сияющая, абсолютно недосягаемая для других вершина, покорившаяся Дикси в сезоне 1927/28 годов, всего год спустя после той самой аварии: 60 голов, забитых в 39 матчах.

Так не бывает. Но так, тем не менее, было.

Теперь, когда Дикси уже нет, легко говорить, что футбол, в который играл он, был не тот, что нынче. Что, случись ему играть сейчас, на нынешних скоростях, против нынешних защитников, так он не то, чтобы шестидесяти, он и трех голов в году не забивал бы.

Но это, конечно, чушь. Это, извините меня, все равно, что сравнивать Коперника с Эдисоном, а Джотто — с Пикассо. Это — все равно, что рассуждать на тему о том, что, случись Александру Филипповичу Македонскому схватится при Гавгамелах не с Дарием, а с Федором Сергеевичем Бондарчуком и его девятой ротой, то от Александра Филипповича, пожалуй, только перья полетели бы. Ибо, не в обиду Федору Сергеевичу будет сказано, есть герои, а есть — гении, и если первые, они, как правило, «нашего времени», то вторые — на все времена.

Уильям Ральф «Дикси» Дин был как раз из этой породы, из гениев.

Он и умер-то абсолютно гениально. Сидя в ложе «Гудисон Парк», наблюдая за игрой родного «Эвертона» с навеки непримиримым «Ливерпулем». Это случилось 1 марта 1980 года.

С тех пор кончина Дикси успела обрасти пошлейшими в своем неправдоподобии легендами. Самая дурацкая из них повествует о том, что сердце мистера Дина будто бы перестало биться в ту самую секунду, как судья дал последний свисток — жалкая попытка приукрасить величественный финал его жизни.

Жизни человека, ни в чем подобном, конечно, не нуждавшемся.

Петр БРАНТОВ

Все новости >