Новости
18 марта 2015

По следам топов

Историк искусства, куратор, владелец галереи pop/off/art, преподаватель факультета «Арт-менеджмент и галерейный бизнес» Сергей Попов размышляет в материале Артгида о пользе и вреде рейтингов. Каждый год, как обычно, во всех сферах подводятся итоги, и сфера искусства не является исключением. Практика подведения этих итогов в формате рейтинга — не просто обыкновение, но и обязательство, в чем-то даже почетное: составляющая рейтинг институция, безусловно, претендует на власть или, по крайней мере, на значимость в своей сфере. Тем выше ответственность. Особенно в нашем деле, в котором играют решающую роль не объективные, а креативные, с трудом определимые критерии.

Все последние годы практика составления рейтингов двигалась по накатанной колее и ориентировалась на международные образцы. Планку качества задавал журнал «Артхроника», после закрытия которого инициативу перехватило интернет-издание «Артгид». Рейтинг и в том, и в другом издании определял 50 наиболее влиятельных людей в современном искусстве и ориентировался на достижения истекшего года. Последние два раза «Артгид» вычленил в отдельный список топ-20 наиболее влиятельных художников, до того «конкурировавших» в общем зачете, — что тоже по-своему логично. В первую очередь потому, что, несмотря ни на какие кризисы, инфраструктура искусства за последние годы разрослась весьма ощутимо — увеличилось и число площадок, и количество посетителей, за которых развернулась настоящая борьба. Как следствие, возросли и амбиции руководителей организаций. Если кто и «остался при своем» — это галеристы, которые от публики не зависят и в нынешних условиях способны лишь на минимальный «подогрев» еле теплящегося рынка. Их количество в кризисное время практически не меняется — на две столицы приходится всего не более двух десятков имеющих хоть какую-то социальную значимость галерей.

Мне несложно оценивать качества и степень объективности существующих рейтингов — я в них не числюсь и смотрю на процессы со стороны. В то же время я прекрасно понимаю механизмы оценки — благо неоднократно приглашался составителями рейтингов в качестве эксперта. Для нас, людей, вовлеченных в рынок искусства не косвенно, через производство выставок или музейных экспозиций, а напрямую, через продажу произведений искусства и тем самым через придание им материальной ценности, составление рейтингов очень важно. В нынешнем году некоторые аспекты этой процедуры вызывают обеспокоенность, а то и нарекания. Есть о чем поговорить.

Рейтингов два. Кроме «Артгида» собственный рейтинг вот уже второй год публикует газета The Art Newspaper Russia (далее TANR). Рейтинг TANR шире «по полномочиям», и в нем определяются лица, влиятельные во всем (а не только в современном, как у «Артгида») российском искусстве. Тем не менее круг героев рейтингов «Артгида» и TANR во многом пересекается — понятно, что примерно двадцать человек в арт-среде (в их числе директора крупнейших государственных институций, а также владельцы и иногда директора могучих частных институций) обладают универсальным влиянием. Фамилии в первых строках рейтингов обоих изданий в основном одни и те же, и интрига каждый раз только в том, кто расположится на каком месте. Имена Иосифа Бакштейна, Ольги Свибловой, Михаила Пиотровского, Марины Лошак, Василия Церетели, Романа Абрамовича и Дарьи Жуковой и других ключевых фигур арт-сцены воспринимаются как очевидные, а их отсутствие в рейтинге — как нонсенс. Но свежий интерес вызывают всегда последующие «десятки», и незримая борьба ведется за то, кто расположится вслед за «тяжеловесами». Именно в этой части выбор критериев и точность подсчетов наиболее важны. Именно здесь и возникают сбои.

У всех рейтингов есть три аспекта: кто голосует (эксперты), как голосуют (технологии) и за кого голосуют (персонажи). Добиться объективного рейтинга на самом деле означает справедливо связать первый аспект с третьим, и сделать это возможно только при верном выборе критериев для голосования. «Артгид», избрав в целом справедливую систему оценки, допустил вольность именно в критериях отбора: за основу оценки были взяты достижения персоны в ушедшем году, но комментарии к рейтингу показали, что на самом деле соответствие этому критерию было условным. В каких-то случаях оценка базировалась на «сумме заслуг» того или иного человека в большей степени, чем на конкретных действиях (например, понятно, что Герман Титов вошел в рейтинг не только за вышедший в его издательстве в прошлом году двухтомник «Медицинской герменевтики»). Но тогда и критерием для отбора должны быть не достижения истекшего года, а некий абстрактный аспект «влиятельности», который большинство из нас неявно ощущает и который также вполне может подлежать подсчету. Однако по этому критерию целого ряда персон в списке не хватало. В иных случаях место в рейтинге присваивалось за анонсированные, но пока не реализованные достижения (например, Рему Колхасу за строящееся здание Музея современного искусства «Гараж» или Ирине Антоновой за объявление о строительстве Музейного городка). Присутствие Антоновой в рейтинге вызывает и другой вопрос: непонятно, каким образом будущая перестройка музея классического искусства может повлиять на искусство современное. Вопросы вызывает и аффлированность некоторых лиц с составителями рейтинга, и в частности, присутствие в нем аж шести человек, так или иначе связанных с «Гаражом». Это довольно серьезная цифра: шесть человек — это 12% от общего числа «топ-50», и получается, что почти каждый десятый человек в рейтинге имеет непосредственное отношение к этому музею. Но несмотря на обозначенные искажения, неточности подсчета и оплошности отбора, портрет сообщества, стремящийся к объективности, в этом рейтинге все равно узнается, и это главный его результат.

Читать далее…

Все новости >