Новости
30 марта 2015

«Каждую неделю мы проводим 3, 5 тысячи матчей»

Голландия, пару дней назад в очередной раз необъяснимо запнувшаяся там, где от нее этого мало кто ждал (теперь вот– на Турции), уже завтра примет в Амстердаме прибывающую сюда с товарищескими намерениями Испанию. Накануне игры мы вспоминаем о декабрьском визите участников стажировки Red-White Business Tour , организованной бизнес-школой RMA для студентов факультета «Менеджмент в игровых видах спорта» и его партнеров, в штаб-квартиру Королевского футбольного союза Нидерландов (KNVB) в Зейсте.


Организация, структура, принятие решений




Штаб-квартира KNVB в Зейсте. Общий вид


Как Королевский футбольный союз устроен в организационном плане? Что входит в его функции и какое количество сотрудников обеспечивают их исполнение?

Юр Гронендайк, управляющий партнер KNVB: Если говорить в общих чертах, то мы управляем всем голландским футболом, мы отвечаем за подготовку и выступления сборных команд всех возрастов, мы организуем проведение национальных чемпионатов в первом и втором профессиональных дивизионах и в многочисленных любительских лигах , а также розыгрыш KNVB Beker, национального Кубка.

Чтобы вы оценили масштабы этой деятельности, я вам приведу некоторые цифры. У нас в стране футболом занимаются 1, 2 миллиона человек, взрослых и детей примерно поровну, при том, что все население Нидерландов составляет чуть меньше 17 миллионов. У нас в двух профессиональных лигах играют 35 команд, у нас официально зарегистрированы 3400 любительских клубов, как минимум по одному в каждом населенном пункте. У нас еженедельно проводится 3,5 тысячи футбольных матчей. Если говорить об организационной структуре, то головной офис Союза находится здесь, в Зейсте. Он поделен на департаменты – департамент организации любительских соревнований, департамент организации соревнований профессиональных ( в нем, кстати, сотрудников значительно меньше, чем в первом), департамент по работе со спонсорами, департамент развития, судейский департамент, департамент лицензирования, и так далее.

Здесь, в главном офисе, у нас работает 350 штатных сотрудников, и еще какое-то количество народу – в региональных представительствах, которых в стране в общей сложности насчитывается шесть.


Ключевые решения KNVB, каким образом они принимаются?

Ю.Г. Они принимаются исключительно коллегиально. Дважды в год проводятся большие конференции Союза, в которых принимают участие представители всех 35 профессиональных клубов, имеющие абсолютно одинаковое право голоса. Соответственно, для того, чтобы то или иное решение было принято, за него должно проголосовать большинство присутствующих. Исключение составляют юридические, дисциплинарные вопросы – их разрешением у нас для большей объективности занимаются независимые органы, сформированные из экспертов, которые ни к Союзу, ни к футбольным клубам непосредственного отношения не имеют.



Штаб-квартира KNVB в Зейсте. Памятник Ринусу Михелсу 


Бюджет, отношения с клубами и спонсорами


Каков годовой бюджет KNVB, из чего он складывается?

Дирк Хандерсмарк, директор по развитию: На данный момент наш бюджет – это около 80 миллионов евро. Основной доход нам дают поступления от спонсоров и членские взносы от клубов. Каждый любительский клуб в Голландии от каждого своего члена получает примерно по 100 евро в год, и шесть евро с каждой сотни перечисляются Союзу. Что касается клубов профессиональных, то каждый из них тоже ежегодно платит Союзу определенную сумму – порядка нескольких сотен евро. Плюс – деньги по договорам о конкретных услугах, которые KNVB им оказывает.


О каких услугах идет речь?

Д.Х. Прежде всего, конечно, о консалтинговых. Наши специалисты, эксперты консультируют клубы по самым разным вопросам – от реконструкции стадионов до поиска дополнительных источников пополнения бюджетов. У нас есть целевые тренинги по продажам, программа по улучшению предоставления услуг в зонах повышенной комфортности, курсы по внедрению и развитию CRM-систем, и так далее.

Вообще, надо сказать, эта тема – поиск новых путей самостоятельных заработков – для голландского футбола чрезвычайно актуальна. Дело в том, что у нас в стране только один футбольный клуб принадлежит частному владельцу – это «Витесс» из Арнема, и именно он, кстати сказать, в прошлом сезоне был абсолютным чемпионом по убыточности – в минус ушел на 21 миллион евро. Все остальные клубы в плане заработков целиком и полностью зависят от самих себя – то есть от своих болельщиков, ну и от спонсоров, конечно, которых нужно найти, привлечь, заинтересовать.



Штаб-квартира KNVB в Зейсте. Йохан Кройф у памятника Йохану Кройфу


В общем, это бизнес в чистом виде, это – бесконечная конкуренция, хотя и не такая, как в нефтяном или, скажем, в газовом бизнесе. Там все стремятся к монополизму, хотят конкурентов задушить. А для нас такое стремление, если бы оно существовало, было бы равносильно стремлению к самоубийству. Если кто –то один всех конкурентов передушит, с кем он тогда играть будет? Мы тут у себя это очень хорошо понимаем, и поэтому отношения у нас между клубами в общем и целом, я бы сказал, дружелюбные. Никто ничего друг от друга не скрывает, напротив – все советуются, обмениваются опытом. И Союз этому, естественно, способствует – мы, например, ежегодно издаем и рассылаем по клубам обобщенный финансовый отчет, очень подробный, по статьям. Так что они все могут посмотреть друг на друга, сравнить, кто, где на чем и сколько заработал, на каких участках можно еще усилиться, подтянуться.


Сколько вы зарабатываете на предоставлении клубам такого рода услуг?

Д.Х. Точную цифру я сейчас, пожалуй, не назову. Могу сказать, что в договорах о содействии внедрению CRM-систем мы, как правило, прописываем, что клуб, прибегший к нашим услугам в этом вопросе, должен выплачивать Союзу 1 процент с каждого проданного билета.


Какова отдача от сотрудничества со спонсорами? Сколько их у Союза?

Д.Х. Если говорить об основных, то восемь. Два премиальных – технический спонсор Nike, с которым мы в этом году контракт продлили до 2026 года, и финансовая ING Group. Я не хотел бы говорить сейчас о суммах соглашений с ними, но они довольно крупные – речь идет о многих миллионах, даже о десятках миллионов евро.

Соответственно, только эти два спонсора в данный момент имеют право напрямую ассоциировать себя с национальной сборной, использовать ее цвета, символику, имидж игроков, и так далее. Спонсорам второго уровня, в том числе Price Waterhouse Coopers и Heineken, а также компаниям, имеющим статус поставщиков сборной – Uniliever и Volkswagen – мы таких возможностей не предоставляем.


 
Штаб-квартира KNVB в Зейсте. Памятник Йохану Неескенсу


Вообще, если говорить о спонсорской активности применительно к голландскому футболу, то она, безусловно, растет. Мы только в 2014 году зафиксировали 5-процентное увеличение числа сделок, заключенных с нашими клубами, а по сравнению с 2006 годом рост составил 70 процентов. Если смотреть по отраслям, которые проявляют наибольший интерес к сотрудничеству, то первые три места занимают телекоммуникационные компании, банковский сектор, авиаперевозчики.

Ну и, конечно, нельзя в связи с темой спонсорства не упомянуть об азиатском векторе -- в последние годы он прослеживается особенно отчетливо. У нас сейчас 10 клубов Эредивизи имеют в общей сложности 53региональных азиатских контракта на суму в 57 миллионов евро.

С одной стороны, это общемировая тенденция, с другой – в Голландии она помимо всего прочего обусловлена узостью нашего внутреннего рынка: вы никогда не думали, например, о том, сколько футболок голландской сборной продается даже не в самой Голландии, а в Европе? А я вам могу сказать точно –25 процентов. Все остальное – за пределами Старого Света, прежде всего в Азии. И мы эти данные, конечно, учитываем, и это направление стараемся развивать. В 2013 году, например, наша сборная съездила в турне по Индонезии и Китаю, и, думаю, этот опыт был не последним.


Благополучная в целом ситуация со спонсорами, надо полагать, напрямую связана со спортивными результатами сборной?

Д.Х. Безусловно. Однако я не могу сказать, что мы от этих результатов в восторге. У нас есть проблемы, это совершенно очевидно.


Второе место на чемпионате мира в ЮАР и третье в Бразилии – это плохие результаты?

Д.Х. Я говорю не столько о сборной, сколько о клубах. Здесь у нас все действительно не блестяще. С тех пор, как «Фейеноорд» в 2002 году выиграл Кубок УЕФА – ни одной большой победы на европейском уровне у нас не было. Складывается, знаете ли, такое ощущение, что мы незаметно выпали из топа. Вот, кстати, на недавней конференции в Утрехте, которую Союз организовал и на которую были приглашены все тренеры профессиональных клубов и тренеры из детских Академий, мы эту ситуацию как раз обсуждали и пытались понять, что нам нужно делать, чтобы ее переломить.


Что решили?

Д.Х. Если в общем говорить, решили уделять еще большее внимание подготовке молодых игроков. В частности, защитников.



Штаб-квартира KNVB в Зейсте. Памятник Марко Ван Бастену


Жизнь без лимита, подготовка арбитров, внедрение технических новинок, проблема «странных игр»


У нас в России, вы, может быть, знаете, действует так называемый лимит легионеров. У нас клуб, желающий нанять иностранного тренера, должен заплатить крупный налог. В Голландии, насколько нам известно, ничего подобного нет. Как же вы без этого справляетесь?

Ян Блоссен, директор по организации соревнований: Ну, я не знаю, что вам сказать по поводу тренеров… У нас действительно в этом смысле нет никаких ограничений, клубы абсолютно вольны в выборе того, кто у них будет работать – иностранец-не иностранец… Хотя действительно, иностранцев-тренеров у нас практически нет, не знаю, почему так получилось – возможно, потому, что у нас свои тренеры хорошие.

Что касается иностранцев-игроков, то, несмотря на отсутствие лимита, одно ограничение на этот счет для клубов все-таки существует. У нас футболист, не являющийся гражданином ЕС, должен, зарабатывать как минимум в полтора раза больше, чем зарабатывает средний игрок из Голландии. В Эредивизи размер средней годовой зарплаты – 233 тысячи евро, умножаем на полтора, получаем 350 тысяч. Поверьте: брать на такие деньги иностранца, если он не является действительно квалифицированным игроком, по уровню превосходящим местных претендентов на свою позицию, никто не станет.


Каким образом Королевский союз участвует в подготовке арбитров?

Я.Б. Самым непосредственным. У нас есть программа подготовки судей, мы регулярно проводим судейские семинары, и каждую зиму – специальные сборы для арбитров в Турции. Мы постоянно мониторим любительские лиги и турниры, и наиболее перспективных судей, которые их обслуживают, постепенно подводим к работе на профессиональном уровне. После каждого тура наши эксперты просматривают огромное количество видеоматериала, записанного во время матчей, параллельно прослушивая записи радиопереговоров, которые главные арбитры ведут со своими помощниками – так оценивается правильность принимаемых бригадами решений, фиксируются допущенные ошибки. Разумеется, выводы и рекомендации по исправлению упущений доводятся до сведения арбитров…



Штаб-квартира KNVB в Зейсте. Памятник Рууду Гуллиту


Еще один момент – психологическая подготовка судей, мы уделяем ей существенное внимание, вплоть до того, что проводим специальные занятия, во время которых арбитров учат правильно держать себя на поле – осанка, плечи, взгляд, вообще то, что называется «языком тела». Владение им придает судьям уверенность в своих силах, позволяет держать под контролем ход игры, ее эмоциональный градус, демонстрировать игрокам свой авторитет и эффективно пресекать попытки повлиять на принятие решений.

Кроме того, у нас есть специальные курсы, на которых судей учат, как правильно общаться с прессой – в Голландии ведь нет проблем с тем, чтобы журналисты сразу после матча попросили арбитра объяснить то или иное свое решение. Мы считаем, это нормально – все должно быть максимально открыто: если судья действительно ошибся, он не должен бояться признать эту ошибку. В конце концов, ошибаются все, но если человек сам объясняет, почему все случилось так, а не иначе, если причина его ошибки становится понятна широкой аудитории, это сразу разряжает ситуацию, это не позволяет возникать и распространяться подозрениям в предвзятости, необъективности.

С другой стороны, мы в последнее время делаем очень многое для того, чтобы максимально сократить количество судейских ошибок за счет средств технического контроля. Вы, наверное, слышали, что мы раньше всех, еще за два года до чемпионата мира в Бразилии, где эту технологию впервые применили на турнире такого уровня, использовали в своем чемпионате систему определения гола Hawk Eye.

Теперь же мы хотим добиться разрешения на привлечение видеосудей к разрешению сомнительных ситуаций, связанных с назначением пенальти, или, допустим, предъявлением красной карточки. Такой арбитр может даже не присутствовать на стадионе, он со всей своей аппаратурой может находиться здесь, в Зейсте. У главного же судьи матча, в случае возникновения спорного момента, будет возможность связаться с коллегой и получить от него все необходимые рекомендации. Сейчас мы уже направили соответствующий запрос в ФИФА, надеюсь нам разрешать ввести это новшество. Мы считаем, оно того стоит – да, паузы в игре тогда, вероятно, увеличатся – на каждое такое решение потребуется по две-три дополнительных минуты, но зато все они будут правильными и количество результативных судейских ошибок будет сведено практически к нулю.


Сколько зарабатывают профессиональные арбитры в Голландии?

Я.Б. Все, как вы понимаете, зависит от квалификации. У нас сейчас в стране насчитывается 23 арбитра национальной категории и 56 – региональной. Плюс есть семь профессионалов самого высокого уровня – арбитры ФИФА. Так вот – первые две категории за свою работу получают от 50 до 70 тысяч евро в год, а третья, за счет того, что они помимо игр национального первенства обслуживают еще и еврокубки, имеют заработок в размере от 110 до 120 тысяч.



Штаб-картира KNVB в Зейсте. Памятник Эдвину Ван дер Сару


Актуальна ли для Голландии проблема так называемых «странных игр»? Бывали ли случаи, когда по этому поводу проводились расследования, и если да, то чем они заканчивались?

Я.Б. Нет, актуальной для нынешней Голландии я бы эту проблему не назвал. Я знаю, что это есть в Италии, в Румынии, в Югославии, но у нас до сих пор ни одного подтвержденного случая таких матчей не было. Впрочем, я далек от того, чтобы утверждать, что нам это вообще не грозит. Очень даже может быть, что мы с этой проблемой столкнемся, тем более, что через два года в Голландии будут официально разрешены спортивные ставки. У нас, как вы уже поняли, зарплаты у футболистов не слишком высокие, особенно во втором дивизионе. Там, подозреваю, некоторых парней можно соблазнить суммой даже в 10 тысяч евро… В общем, и мы, и полиция должны быть к этому готовы… Знаете, специальные расследования, прослушивание, в случае необходимости, телефонных переговоров… Проблему необходимо решать превентивно, а не реагировать на нее тогда, когда она уже возникла…


Детско-юношеский футбол, организация работы Академий, структура молодежных сборных


Голландия славится своей системой подготовки молодых игроков. Как вы считаете, в чем состоит ваше главное ноу-хау?

Мартин Стекеленбург, главный тренер сборной Нидерландов U17: «Я бы сказал, что у нас широкий охват кандидатов в будущие футболисты. У нас есть, из кого выбирать. Да, население у нас по сравнению со многими другими странами невелико, но его вовлеченность в футбол очень высокая. У нас, если брать всех мальчиков от 8 до 13 лет, то половина из них систематически играют футбол и состоят членами любительских клубов. Второй момент – наша система позволяет максимально эффективно отслеживать таланты, вероятность того, что действительно способный парень окажется не замечен и не охвачен скаутами клубов и KNVB, практически сведена к нулю.

Чтобы вы лучше поняли, за счет чего достигается подобный эффект, я вам скажу, что всю систему голландского футбола мы себе представляем в виде пирамиды. Основание ее – это футбол любительский, футбол детско-юношеский, и мы стремимся к тому, чтобы основание это было максимально широким. То есть – в командах самых младших возрастов в наших футбольных Академиях отсева в течение первых нескольких лет либо нет вовсе, либо он минимален. У нас младшая из национальных сборных, до 14 лет, имеет три состава, а следующая за ней, до 15, два. У нас проводятся национальные чемпионаты для команд всех возрастов вплоть до U19.

Вы спрашивали про главное наше ноу-хау, и я могу вам сказать, что главное, как мне кажется, это терпение, это готовность ждать, пока игрок не раскроется, не проявит своих лучших качеств, а это может потребовать времени, иногда – достаточно длительного. Важно понимать, что далеко не всегда те игроки, кто, скажем, в 12 лет, выглядят лучше сверстников, повзрослев на 3-4 года, сохраняют это преимущество. Очень часто именно тот, кто в раннем детстве казался чрезвычайно сильным игроком, в 14-16 лет отсеивается, а тот, кто выглядел совсем слабенько, вдруг выстреливает так, как никто и предположить не мог. Вообще, более или менее ясно, кто из парней годится для взрослого профессионального футбола, а кто нет, становится только годам к 17-18, так что повторюсь: наша задача – быть как можно более внимательными и не растерять талантливую молодежь на более ранних стадиях.

С другой стороны, в юношеских командах необходимо поддерживать высокий конкурентный уровень. Сильные игроки для того, чтобы не останавливаться в росте, должны и тренироваться с равными себе, и играть против примерно таких же. Еще десять лет назад добиться этого повсеместно было почти невозможно из-за большой разницы в уровне голландских Академий – у нас была огромная, передовая во всех отношениях Академия «Аякса», были хорошие школы ПСВ, «Фейеноорда» и было множество Академий других клубов, куда менее сильных и продвинутых. Естественно, подавляющее большинство лучших сил нашего юношеского футбола группировались в трех главных школах, и той конкуренции, о необходимости которой я только что говорил, это на пользу не шло.

Поэтому, некоторое время назад мы провели реформу, уменьшив количество клубных футбольных Академий за счет слияния некоторых из них. Теперь их в Голландии всего 14, и хотя «Аякс», ПСВ, «Фейеноорд», конечно, по-прежнему доминируют, но все-таки это уже не такое безоговорочное доминирование, как раньше, уровень остальных тоже подтянулся.


Не совсем понятно, как клубы делят между собой молодых игроков, воспитанных в таких объединенных Академиях…

М.С. Это прописано в соответствующем регламенте, и, в общем, очень похоже на стандартный порядок. Если объяснять в общих чертах, то клубы, сообща содержащие Академию, могут сделать предложение о контракте, а игрок волен выбрать то из них, которое ему больше нравится. Соответственно, поскольку финансирование у таких Академий объединенное, клуб, подписавший игрока, заплатит своим партнерам ту часть средств, которая была потрачена ими на воспитание футболиста.



Штаб-картира KNVB в Зейсте. Участницы стажировки Red-White Business Tour с главным тренером сборной Нидерландов Гусом Хиддинком


Как в Голландии осуществляется подготовка детских тренеров? Отдается ли какое-либо предпочтение бывшим профессиональным игрокам?

М.С. Нет-нет, никаких предпочтений. Тренер, даже если он бывший профессиональный игрок, проходит такое же обучение, как те, кто профессионально не играл, и также сдает экзамены на получение лицензий, дающих право на работу с командами разных уровней. Футболист, сыгравший 50 матчей за национальную команду, получит ее, скажем так, по несколько облегченному варианту. Но единственный за всю историю голландского футбола человек, которому тренерскую лицензию просто вручили, был Йохан Кройф.


Петр БРАНТОВ

Все новости >