Новости
27 июня 2011

«Великая печаль заключена в мимолетности жизни, но это и делает ее бесценной»

Инновационно-образовательная компания RMA, факультет «Менеджмент в музыкальном бизнесе и индустрии развлечений» приглашают слушателей и выпускников образовательной программы на мастер-класс основателя группы Brazzaville Дэвида Брауна. Занятие пройдет 4 июля в технопарке Digital October. Начало в 19.00. Всем, кто до сих пор не имел представления о Дэвиде и его команде, поможет интервью, данное музыкантом в феврале нынешнего года незадолго до концерта Brazzaville в питерском клубе «Зал Ожидания».

Для посещения лекции необходимо зарегистрироваться: пишите Арине Горанковой, заместителю руководителя образовательной программы «Менеджмент в музыкальном бизнесе и индустрии развлечений».

Нота позитива от маэстро грусти

«Я был просто в ужасе от собственной известности»

«1997 год. Однажды утром я сидел в моей старой «Шеви-Ниве» перед домом женщины по имени Мишель, владелицы модного клуба Lava Lounge в Голливуде, — интригующе начинает Дэвид. — Я рисовал ее особняк ради подработки. И вот я делаю передышку и открываю Los Angeles Times. На первой полосе — статья о гражданской войне в Конго. «Браззавиль» — бросается мне в глаза заголовок! Как только я увидел это слово, обозначающее столицу Конго, я моментально понял: вот оно, название моей группы!»

Первый шаг в мир шоу-бизнеса Дэвиду помог сделать его друг, прославленный саксофонист, предложив совместные гастроли.

«В юности я писал кучу стихов и в начале 90-х годов стал подумывать о создании группы, где я буду писать песни и исполнять их, — делится мистер Браун. — Первым человеком, к кому я обратился с этой идеей, был Кенни Лайон, мой старый приятель со времен «Оникс кафе», это местечко было центром творчества в Лос-Анджелесе. Кенни потерпел фиаско в личной жизни и был абсолютно готов к созданию группы!»

Самая первая песня группы Brazzaville называлась Shams, в честь закадычного друга поэта Руми, она содержала довольно брутальные мотивы: молодой человек пытается вырваться из обстоятельств, наркотики, богиня на берегу моря, смерть и т.д. Вскоре молодому американскому мечтателю потребовалась студия звукозаписи. Одну такую судьба уже припасла для него. Эта студия располагалась в маленьком домике в Северном Голливуде, прямо напротив легендарных холмов. Мрачный квартальчик с магазинами запчастей, универмагами и невзрачными студиями записи порнофильмов…

«Дверь мне открыл парень в фиолетовой шелковой пижаме, военных ботинках, с дредами, дьявольской бородкой и усами, с сигарой в руке! Несмотря на свой мягко говоря странный облик, Майкл Розон оказался славным малым! Почти все, что я знаю о звукозаписи и аранжировке — его заслуга! Мы стали хорошими друзьями, он записал первые альбомы группы», — живописует Дэвид.

«Наши песни были в эфире самых крутых радиостанций Америки. Первая пластинка была нарасхват в Лос-Анджелесе и Токио! Мы стали лакомым кусочком для известных компаний звукозаписи! Но я был в ужасе от этой известности: начал пить, буянил на концертах, рассекал по сцене в шубе, думал, что так и надо… Я просто не верил, что заслуживаю того, чтобы выступать, я пытался побороть свой страх», — посмеивается Дэвид.

А вот когда люди стали говорить, что музыка Brazzaville помогла им в трудный момент жизни, лидер группы призадумался и, наконец, понял свое предназначение.

Brazzaville — мультинациональная группа. Насколько гремучая эта смесь?

— У нас есть представители Америки, Турции, России, Испании. Это большие оригиналы! Я беру на гастроли тех или иных персонажей, в зависимости от того, в какую страну еду. Каждый участник добавляет в музыку что-то свое, национальное: мы не даем ей шанса тускнеть!

Философ-путешественник

Куда только ни направлял свои стопы Дэвид Браун — он ездил в Индию, Бразилию, Индонезию, Непал, Японию… Вот почему песни Brazzaville впитали в себя солнце и ветра всех этих стран… Кстати, свою самую любимую гитару мистер Браун нашел в японской комиссионке в конце 90-х годов. Музыкант признался, что любит блуждать в Токио, ценит живопись тушью в технике «ханга» одного местного художника. Сейчас главный «браззавилец» живет в Барселоне, но очень скучает по родине, которая «бурлит молодежной энергией».

«Барселона — очень комфортный небольшой город: его можно легко объехать на велосипеде, — рассказывает музыкант. — А Европа, в целом, бесспорно, величественна, но порой кажется чопорной пожилой женщиной, которая везде насаждает свой порядок. А я скучаю по запаху пустыни, по выращиванию овощей на маленьком клочке земли. Хотел бы я выехать на побережье и ощутить необузданную силу Тихого океана вместо этикетной вежливости Средиземного моря!»

Секрет борьбы с депрессией

Песни Brazzaville грустные. Признайтесь честно: вы разочарованы жизнью?

— Абсолютно нет, я ее люблю! Самые неприятные вещи в жизни — это боль и скука. Но я не принимаю их как должное. Я был наркоманом, вырос в детских домах. Я видел безумие и алкоголизм… Это действительно чудесно, что я дожил до глубокой старости — мне 43 года (подмигивает), что у меня прекрасная семья и любимая работа. Самое большое мое открытие в жизни: нужно как можно меньше думать о себе, и тем слаще будет жизнь! Нужно заботиться друг о друге, а о нас самих уже позаботятся небеса.

Великая печаль заключена в мимолетности жизни, но это и делает ее бесценной! Без смерти жизнь казалась бы скучной рутиной. То же и с Богом: если бы мы смогли Его объяснить, мы на следующей же неделе заскучали бы и начали искать что-то новенькое. Вся прелесть нашей жизни — в том, что мы вместе с любимыми людьми взрослеем, находим друзей, теряем их, влюбляемся, стареем, видим, как мир меняется до неузнаваемости, и умираем… Но смерть — это вовсе не трагедия, как может показаться сначала… Это как тонуть в море любви!»

«Если бы я знал, как излечить разбитые сердца, я был бы богачом!», — смеется Дэвид. Однако же у музыканта есть свой рецепт борьбы с депрессией, который, наверняка, пойдет на пользу нашему городу.

«У Санкт-Петербурга грустное лицо, — признается лидер Brazzaville. — И коль скоро тебя охватывает депрессия, нужно подумать, что ты не единственный человек, который когда-либо так чувствовал! Кстати, это одна из важнейших функций музыки и литературы — помочь зализать твои сердечные раны. А еще не нужно быть слишком критичными к себе — мол, я недостаточно красив, умен, богат и прочее. Дышите полной грудью, отбросьте стереотипы и простите себе что-то!»

Русские приключения американца

В песне «Ночной поезд в Москву» есть такие строки: «Полумрак зимних дней, блины и грибы, чай с проститутками поутру…». Это Ваше собственное мнение о России или расхожий стереотип?

— Я написал эту песню после самой первой поездки в Россию. Я попросту замерз! И не привык, что русские мало улыбаются… Если ты кому-то просто так улыбнешься, в ответ на тебя могут уставиться с недоумением, а это очень непривычно для американца (энергично кивает). После нашего концерта в Red Club мы поехали кутить. В баре к нам подошли 2 девушки полусвета, молоденькие и усталые, мы отказались от их услуг и предложили с нами почаевничать (улыбается).

Какой он — Санкт-Петербург — глазами Дэвида Брауна?

— Дэвид задумчиво поднимает глаза. «Хм… если Москва — это ребенок, который пошел в бизнес-школу и стал корпоративным юристом, то Санкт-Петербург — его брат, который поступил в школу искусств, вылетел оттуда, но в конце концов создал всемирно известную группу — конечно, я шучу! Мне кажется, я бы никогда не смог по-настоящему понять Санкт-Петербург, так, чтобы его охарактеризовать…Две ваши столицы — как инь и янь, как Барселона и Мадрид, Нью-Йорк и Бостон. Мне нравятся оба города, но по-разному. Кстати, в Питере живет несколько моих друзей».

Любопытный факт: приезжая в Россию, Дэвид первым делом кладет деньги на русскую «симку» и покупает миндаль, по его словам, это отличный друг путешественника.

Вы сделали три кавер-версии русских песен: «Звезда по имени Солнце» в 2006 -м, «Зеленоглазое такси» в 2009-м, «Малолетние шалавы» в 2009-м. Почему именно эти композиции?

— Они очень мелодичны: в них так и плещется ностальгия. Особенно я ценю творчество Виктора Цоя. У моей мамы были польско-белорусские корни. Она говорила по-русски, играла на мандолине и балалайке и готовила вкусный борщ! Может быть, еще и поэтому меня так цепляют русские песни?! Мамину историю я описываю в кавере «Звезды по имени Солнце»:

«Недалеко от звезды по имени Солнце,

Когда умерла моя мама,

Гремели звуки летнего парада,

Было 90,5 градусов F в тени…»

Она была душевнобольная, покончила жизнь самоубийством, когда мне было 11 лет. Очень добрая женщина, но не для этого мира, как нежный цветок, не приспособленный к суровой северной жизни…

Специально в честь 8 марта. О женщинах

«Когда мы откроем этот листок календаря, я желаю, чтобы у девушек Санкт-Петербурга настал целый день удовольствия!», — как всегда любезен Дэвид Браун.

Без чего Вы не представляете свою жизнь, взять хотя бы завтрашний день?

— Во-первых, без моей спутницы жизни. Мы с ней познакомились в День Благодарения в Лос-Анджелесе много лет назад. Для меня это самый важный из американских праздников, именно тогда собираются все друзья и близкие. У нас с моей второй половинкой не было даже общих знакомых, и это чудо, что мы встретились в тот день, живя в разных концах города! Еще я не могу жить без молитвы, обожаю плавать. И очень уважительно отношусь к моей гитаре.

Мы привыкли делать что-то под ту или иную мелодию… Какое действие под песни Brazzaville огорчило бы Вас и порадовало?

— Если кому-то вздумается отправлять компьютерные вирусы или выманивать пенсии у бабулек под Clouds in Camarillo — это не дело! Мне многие говорят, что наша музыка хороша для романтических ситуаций, думаю, 8 марта в «Зале Ожидания» — как раз такой случай!

Беседовала Ирина Захарова

Все новости >