Истории успеха

07 ноября 2017
Наталия Царева и Ирина Федорова, менеджеры Cosmoscow

Наталия Царева и Ирина Федорова, менеджеры Cosmoscow

«Когда к нам в Cosmoscow приходят волонтеры и говорят: „Мы из RMA“ — это нас заранее настраивает на одну волну, потому что мы примерно знаем их подготовку и мотивацию. К тем, кто учится в RMA, есть доверие. Вообще, это нереально круто, что у нас есть такое комьюнити. RMA — это своя профессиональная тусовка, которая очень сильно помогает и облегчает жизнь по многим вопросам».

В сентябре в Москве прошла пятая международная ярмарка современного искусства Cosmoscow. «54 галереи-участницы. 175 художников. Более 19 000 посетителей» — эту информацию сообщает сайт ярмарки. Мы решили выяснить, что скрывается за этими цифрами и как работает ярмарка изнутри, у менеджера вип-направления Ирины Федоровой и менеджера по работе с галереями Наталии Царевой, которые закончили факультет «Арт-менеджмент и галерейный бизнес» в этом году.



Наталия Царева, Ирина Федорова

Как вы начали работать в Cosmoscow?

Ирина Федорова: Давай я начну. У меня все началось на стажировке в Гонконге. Хотя нет, даже раньше: когда на занятиях в RMA мы проходили все возможные направления в арт-индустрии, меня больше всего привлекли ярмарки и их организация. Ведь ярмарка аккумулирует в себе все существующие стороны современного искусства: художников, галереи, работу с институциями и партнерами. На тот момент я еще ни разу не посещала подобное событие и очень захотела понять, как это все работает, хотя бы со стороны зрителя. Как раз тогда RMA организовала стажировку на Art Basel Hong Kong.

Из Гонконга я вернулась под большим впечатлением, и решила, что хочу работать именно на ярмарке современного искусства. Я попросила Машу (Мария Мозгунова, координатор программы «Арт-менеджмент и галерейный бизнес» — прим. RMA) помочь мне с поиском такой работы. Так я попала на стажировку в Cosmoscow, а через три недели мне предложили остаться на постоянной основе. Все довольно быстро произошло, думаю, что я оказалась в нужное время в нужном месте.




А чем ты на стажировке занималась?

И.Ф.: Ничем грандиозно важным. Новому человеку обычно поручают простые задания: сделать презентацию, перевести текст, отправить письмо. На первых этапах важно понять, как человек относится к работе и насколько он мотивирован. В первую неделю я помогала Анастасии Ивановой (исполнительный директор Cosmoscow — прим. RMA). Потом я начала работать с Натальей Собяниной (менеджер вип-программ Cosmoscow — прим. RMA) и так и осталась в этом направлении.


Наташа, а ты как начала работать? Ты же пришла чуть позже Ирины?

Наталия Царева: Да, я пришла в июне.

Я к тому времени уже поработала в государственной галерее «Пересветов переулок» и в антикварной галерее. К лету я ушла со всех мест и решила дать себе отпуск до сентября. Но случайно в открытом доступе увидела вакансию галерейного менеджера в Cosmoscow. Я до последнего не подавала заявку, потому что не верила в свои силы. Спасибо друзьям-художникам, которые меня вразумили и заставили отправить резюме.

Я подала заявку и сразу улетела на мою первую зарубежную ярмарку — Art Basel. После этой поездки я зажглась идеей работать на арт-ярмарке. По возвращении меня ждало приглашение на собеседование с Маргаритой Пушкиной, после которого меня позвали работать.

Я попала в самый пик — в июне начинается горячий период подготовки, нужно все очень быстро делать. Мне повезло, что мои начальники, несмотря на интенсивность, довольно плавно ввели в курс дела. Тогда уже все участники были известны, и нужно было заниматься документацией, логистикой, застройкой.




Когда начинается подготовка к ярмарке?

И.Ф.: Если учитывать весь цикл, то в ноябре. В сентябре — октябре мы подводим итоги и строим планы на следующий год. К первому ноября утверждается бюджет, и уже начинается работа по подготовке. До весны идет спокойная — как у всех нормальных людей — работа с восьмичасовым рабочим днем. В марте работа становится интенсивнее, а летом уже почти круглосуточной.

Поэтому на самый популярный вопрос несведущих людей: «Ярмарка проходит четыре дня, чем вы занимаетесь весь год?» — я могу ответить: «Всем!».


Сколько человек работает над ярмаркой весь год?

Н.Ц.: У нас камерная команда, но при этом все работают безумно активно. Маргарита Пушкина, директор Наталья Шинкаренко, исполнительный директор Анастасия Иванова и еще 10 человек: PR, работа с галереями, вип-программы, продюсер, куратор, архитектор, бухгалтерия. Ближе к ярмарке подключаются подрядчики по всем направлениям — это еще 30–40 человек.



Наталия Царева, Маргарита Пушкина, Ирина Федорова


Расскажите обо всем цикле подготовке.

И.Ф.: Ярмарка состоит из двух основополагающих направлений: что продавать — это к экспертному совету и галерейному менеджеру, и кому продавать — этим занимается вип-направление.

Я работаю непосредственно с коллекционерами, то есть с людьми, которые «болеют» искусством и фактически придут и купят работу на стенде галереи. Здесь играют большую роль личностные отношения. Нужно с каждым наладить хороший дружественный контакт, помнить, что у кого в коллекции и какими направлениями интересуется конкретный человек. Эта непрерывная работа проводится весь год. Также надо правильно организовать процесс прибытия гостей на ярмарку, поэтому с зарубежными коллекционерами мы начинаем работать сильно заранее, чтобы они успели спланировать свою поездку в Москву.

Мы не только работаем с пулом постоянных «друзей ярмарки», но и привлекаем новых. Существует множество людей, у которых есть возможность, средства и вкус, но пока недостаточно понимания и знаний о современном искусстве. Для них мы проводим специальные мероприятия, лекции, экскурсии и личные встречи с художниками, во время которых пытаемся заинтересовать людей, дать понять, что они не просто покупают работу, а делают большой вклад в развитие конкретного художника и рынка в целом.


Основные продажи происходят на вип-превью?

И.Ф.: В основном да. Меня часто спрашивают, что такое «ярмарка» в целом, и у меня в голове сложилось четкое понимание, как людям, далеким от искусства, объяснить, что это. Представьте себе автосалон в Женеве — все концерны мирового уровня привозят и представляют публике свои последние разработки и новейшие технологии, все самое передовое и новое. Арт-ярмарка — то же самое, только в искусстве. И на закрытом вип-превью для коллекционеров именно наши гости могут первыми увидеть, оценить и приобрести лучшие работы для своей коллекции.

Н.Ц.: Да, после вип-превью на стендах даже может полностью поменяться экспозиция, если изначальную полностью купили.



Петр Авен и Владимир Овчаренко на вип-превью Cosmoscow 2017


А случайные люди, которые просто приходят посмотреть, как в музей, что-нибудь могут купить?

И.Ф.: Несомненно. Графика, керамика — это то, что могут себе позволить многие, вопрос в приоритетах. Например, у Askeri Gallery были суперпопулярные в этом году глиняные пончики Джей Йонг Кима по 100 тысяч рублей.




Н.Ц.: Здесь все зависит от доступности работ на стенде и от того, как ведут себя сотрудники и галереисты. Они должны быть продажниками: увлекать людей своими художниками, мотивировать на покупку.

В этом году наша пиар-служба позиционировала ярмарку как событие для всех, объясняя, что искусство не обязательно стоит десятки тысяч евро. У нас были совершенное разные ценовые категории. Например, в «Шалтай-болтай» можно было купить принты известных художников и другие арт-подарки.


Наташа, а за что ты отвечаешь на ярмарке?

Н.Ц.: Я работаю с галереями. В прошлом году было примерно 30 галерей, в этом году — 54. Чтобы участвовать в ярмарке галереи должны соответствовать формальным правилам: быть старше одного года, обладать физическим пространством, вести активную выставочную деятельность — минимум четыре выставки в год.

Если галерея подходит под эти параметры, она присылает заявку со своим CV и двумя художниками, которых хочет выставлять. Я обрабатываю все заявки и тех, кто соответствует требованиям, отправляю в экспертный совет, в этом году в него входили Маргарита Пушкина, Елена Селина и Ольга Темникова. В их задачи входит отбор галерей для поддержания качественного уровня программы ярмарки.




А как вы поступаете, если галерея хорошая, но художник не соответствует уровню.

Н.Ц.: Я просто описываю ситуацию сотруднику галереи и прошу поменять художника. Я и Диана Казанчян (менеджер по работе с галереями — прим. RMA) — связующее звено между экспертным советом и галеристом. Важно все делать заранее, чтобы не оказалось, что в июле, когда галерист проснулся, свободных стендов уже просто нет.


Вы со стороны ярмарки не напоминаете галереям про то, что пора бы подавать заявку?

Н.Ц.: Cosmoscow — единственная ярмарка такого уровня в России, поэтому недостатка в заявках у нас нет.

И.Ф.: Российским точно уже можно не напоминать. С иностранными ведется отдельная работа, хотя бы потому, что они не всегда могут понять, чем заинтересовать русского покупателя, что будет продаваться.

Н.Ц.: Еще важное добавление — остановить иностранную галерею от приезда на Cosmoscow может логистика: транспортные компании, страховка, таможня. Особенно последнее: у нас сложные правила временного и постоянного ввоза культурных ценностей. А неправильно заполненный пограничником документ может добавить мне седых волос.

Тем не менее в этом году у нас 19 зарубежных галерей. Мы запустили новую удачную секцию Collaborations, где российские и международные галереи создавали на ярмарке единое экспозиционное пространство. Это такой формат, при котором русская галерея поддерживает и помогает галерее-гостю, чтобы иностранные галеристы не ощущали себя покинутыми и непонятными.

Главное, чтобы иностранные галеристы вернулись в свою страну и сказали: «Мы участвовали в Cosmoscow, и это было круто». Нужно, чтобы сарафанное радио заработало, и остальные заразились желанием приехать.




А что вы делаете непосредственно на ярмарке?

И.Ф.: Во время ярмарки я должна заниматься нашими вип-гостями, решать текущие задачи, поддерживать атмосферу, заниматься вип-программой. Для коллекционеров разработана насыщенная программа мероприятий в городе — помимо ярмарки в нее входят закрытые экскурсии с кураторами по музеям, посещение частных коллекций, арт-бранчи в галереях, коктейли, вечеринки и многое другое.

Н.Ц.: Я решаю много текущих технических вопросов: свет, логистика, разрешения на ввоз-вывоз, мебель — все, что угодно. Я носилась с такой скоростью по ярмарке, что пожалела, что самокат не взяла, как наши технические директора и продюсеры. Когда я смотрела на план, подумала: «Все очень компактно». Когда я первый раз попала на площадку, я поняла, что масштаб огромный.




Застройка Cosmoscow — это очень трудоемкий процесс, в этом году на него ушло две недели, потому что застройка сложная — объемная по площади и изящная в плане архитектуры. Наш архитектор Наташа Зайченко с каждым годом делает Cosmoscow лучше и интереснее. Вопросы по застройке — согласование плана, дополнительные стены или их отсутствие, розетки, дополнительный свет — тоже проходят через меня, то есть пока я не согласую изменения, никто ничего не может делать.

Еще в этом году приходилось решать миллион вопросов с перекрытием улиц из-за Дня города. Дело в том, что День города должен был пройти в первые выходные сентября, но потом его перенесли, а договор с Гостиным двором мы заключаем чуть ли не за год.




Какие в целом впечатления от работы?

Н.Ц.: Чувствую себя супергероем. Границы, где начинается невозможное, уже просто нет. Не знаю, как мы пережили это время, но это было огненно.

И.Ф.: На самом деле, понимание того, какой колоссальный объем работ проделала вся команда Cosmoscow, какого уровня мероприятие мы создали вместе, — вселяет гордость….гордость за то, что ты был к этому причастен.


Как вы считаете, нужны ли России еще ярмарки?

И.Ф.: Я думаю, что было бы здорово, если бы у Cosmoscow появился какой-то сателлит…

Н.Ц.: Во Владивостоке, например.

И.Ф.: Я не совсем это имею ввиду. Я считаю, что может появиться в Москве же какая-то небольшая ярмарка под брендом Cosmoscow. Она может быть с более доступным, совсем молодым искусством, привлекать массово, приучать к покупке искусства.

Н.Ц.: А я считаю, что ярмарка нам нужна и во Владивостоке. Посмотрите на Art Basel — Базель, Майами, Гонконг — он захватывает полмира. А мы не можем охватить даже Россию. Да, во Владивосток долго ехать, но я не говорю, что всю московскую тусовку нужно везти туда, нужно развивать современных художников там, на месте. И потом уже подтянется Сибирь, а потом и Китай с Японией.




Какие мировые ярмарки обязательны к посещению для тех, кто интересуется искусством?

И.Ф.: Все основные нужно посетить, чтобы сравнить, понять разницу: Armоry Show, Art Basel во всех городах, FIAC.

Н.Ц.: Кроме самых известных, я бы с удовольствием посмотрела на локальные ярмарки в Скандинавии и мультиформатную ярмарку Mercanteinfiera в Парме, на которой есть и искусство, и дизайн, и антиквариат, и ювелирка. А еще у меня давняя мечта — съездить на самую старую ярмарку Art Cologne.



Art Cologne 2017


Как считаете, как дальше должна развиваться Cosmoscow?

И.Ф.: Важно поддерживать международное направление и его развивать. Хотя бы потому, что аналогов в России нет.

Н.Ц.: Конечно! Если не мы, то кто?


Расскажите про RMA, как вы у нас оказались?

Н.Ц.: У меня все было логично — я по образованию культуролог из ВШЭ, соответственно, всегда была внутри интеллектуально-философской среды, которая так или иначе начала касаться современного искусства. Так постепенно я начала знакомиться с людьми из арт-тусовки. На 3 или 4 курсе я была ассистенткой Валентина Дьяконова (арт-критик, куратор — прим. RMA), мы вместе делали выставку «Смех в зале» в галерее «На Шаболовке». Кстати, в конце сентября я ездила с этой же выставкой в Самару.



Монтаж выставки «Смех в зале»


Пока я работала с Валей, я окунулась в эту сферу — начала посещать больше вернисажей, знакомиться современным искусством и людьми, которые его делают. В Вышке я писала диплом по стрит-арту, и познакомилась с Кириллом Кто, Мишей Мостом, Димой Аске и другими. Все это меня начало завораживать.

Тогда я поняла, что хочу работать с современным искусством, но не как куратор, а как организатор, менеджер. Про RMA я узнала от своих друзей-художников. Насколько я помню, Леня Ларионов (основатель галереи «Электрозавод» — прим. RMA) посоветовал мне обратить внимание на факультет «Арт-менеджмент и галерейный бизнес».

Я еще думала над «Базой», но в итоге поняла, что RMA больше подходит для того, чем я хочу заниматься. Собственно, так и поступила. Примерно в это же время я начала уже свою первую настоящую работу в индустрии — координатором выставок в галерее «Пересветов переулок».

Ну и все это пришло к моему апогею — работа в Cosmoscow в 23 года.


И.Ф.: У меня история еще из детства начинается. Я всего рисовала и очень любила это дело, но тогда мне никто, к сожалению, не заронил мысль, что этим можно заниматься профессионально. Поэтому я закончила абсолютно нормальный вуз, никак не связанный с искусством, а потом долго занималась недвижимостью.

Лет пять назад, когда я переехала в Москву, у меня выдалось время и возможность осуществить свою давнюю мечту — заняться аэрографией. Чем, в принципе, все время до работы в Cosmoscow я и занималась. В какой-то момент пришло своего рода «насыщение» и захотелось идти дальше. Развиваться хотелось однозначно в искусстве. Нашла годовые курсы по арт-менеджменту в МГУ и RMA. Долго сомневалась, что выбрать. Но когда ознакомилась с учебным планом RMA, списком преподавателей — выбор пал на RMA, потому что я понимала, что все эти люди практики, которые будут передавать свой реальный опыт.



Группа «А-8» после лекции Марины Лошак в ГМИИ им. А. С. Пушкина


Какие впечатления остались от обучения?

Н.Ц.: В RMA было весело и увлекательно, мне совсем не хотелось спать на парах. Здесь совершенно ненапряжный график: днем можно спокойно работать и заниматься своими делами, а учиться — вечером в свое удовольствие. Я просто устала от классического образования в Вышке, от вороха домашних заданий, от сухой теории.

Ну и конечно, полезные знакомства. Сейчас все чаще случается, что куда бы я ни пришла, везде встречаю «наших». Когда к нам приходят волонтеры и говорят: «Мы из RMA» — это нас заранее настраивает на какую-то волну, потому что мы знаем примерно подготовку этих людей и их мотивацию. К тем, кто учится в RMA, есть доверие.

Вообще, это нереально круто, что у нас есть такое комьюнити. RMA — это своя профессиональная тусовка, которая очень сильно помогает и облегчает жизнь по многим вопросам.



На открытии Orekhov Gallery


И.Ф.: Я согласна с Наташей — это правда круто. Это именно профессиональное сообщество: я знаю, ктогде работает, знаю, кому позвонить, чтобы решить какой-то вопрос напрямую.

Самое замечательное, что почти все в RMA, особенно те, кто доучивается до конца, — идейные. Им, точнее нам, нравится то, чем мы занимаемся, — и это главное, только так мы сможем сделать индустрию лучше.